Спаси и сохрани

Как вдруг прогремела Первая мировая война. Тогда её называли Второй отечественной – такое колоссальное значение это событие имело для народов Российской империи. Алексей, уходя на фронт, пообещал Софье, что непременно вернётся.

– Неужели он погиб? – Похоже, история проняла даже Энжел.

– Увы и ах, деточка моя. – Изольда Аскольдовна развела руками. – Как часто приговаривают некоторые бабушки, возможно, ваша в том числе, человек предполагает, а Господь располагает. Вы что-то побледнели… Налить вам ещё чаю?

В её руках сам по себе материализовался чайник.

– Это что, свёкла? – Девочка попробовала напиток.

– Если быть точным – сушёные свёкла и плоды рябины. А ещё – мелко порезанное яблоко и капля гранатового сока. Согласна, рецепт необычный. Но с другой стороны, кулинария всегда была полем для самых смелых экспериментов. Свёкла – необходимый для здоровья продукт. В особенности для крови. Да ещё в сочетании с гранатом. Бабушка вас не узнает, настолько похорошеете по возвращении домой. Не всё же из этого ценнейшего овоща одни только борщи варить да винегреты делать.

– А как именно погиб Знаменский, вы знаете? – поинтересовался Ваня.

– Обстоятельства его смерти крайне туманны. Очевидцев не осталось, хотя кто там что разберёт в адской мясорубке боя… Факт в том, что с войны Алексей так и не вернулся. Впрочем… Это не единственная драма, коснувшаяся семьи Голенищевых-Лощинских. С начала войны не минуло и года, как случилось ещё кое-что.

Изольда Аскольдовна помрачнела. Ваня навострил уши.

– Жил в имении князя один крестьянин. Пока крепостным был, служил не хуже прочих – где на пашне, где в конюшне. Всё при деле.

Конечно, крепостное рабство – ещё одна позорная страница нашей истории. И не в какие-то древние и страшные времена, а всего два столетия назад! А ведь человек привыкает ко всему. В особенности – ко всему плохому. Зачастую раб не представляет своего существования без хозяина, даже если получает свободу. В психологии этот феномен именуется «стокгольмским синдромом».

Вот и наш герой не был готов к вольной жизни. На радостях промотал всё, что имел. Оставил семью ни с чем, хоть по миру побирайся. Пришлось его сыну Гавриле податься на заработки в столицу.

Шёл тысяча девятьсот пятый год.

Петербург в это время сотрясали политические волнения. Подданные императора не желали повторять судьбы своих предков. Были уверены, что смогут самостоятельно, без его участия, определять будущее страны. Точно так же, как каждый из вас, мои дорогие, когда-нибудь повзрослеет настолько, что захочет жить отдельно от родителей. В январе тысячи жителей объединились, чтобы выйти к Зимнему дворцу и напрямую обратиться к верховному правителю. Попросить его провести демократические выборы – тогда это называлось созвать Учредительное собрание, искоренить коррупцию в стране, ограничить самодержавие… Словом, простой народ – рабочие, школьные и университетские преподаватели, художники, писатели, журналисты, священники, члены политических партий – все хотели уважения к себе и своим правам. Чтобы власть эти права признавала и защищала. Как и положено в нормальном обществе.