История казни
- Автор: Мирнев Владимир Никонорович
- Год: 2008
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-9533-3271-2
- Жанр: Историческая проза
Электронная книга - «История казни». Краткое содержание книги:
Новый остросюжетный роман известного писателя Владимира Мирнева рассказывает об исключительной судьбе княгини Дарьи Долгоруковой и посвящается жестоким временам прошлого.
Они присели, а жена тут же исчезла, чтобы не мешать разговору и не смущать молодую посетительницу. Но Дарья уловила её молчаливо ревнивое лицо.
— Я вас прошу не предаваться воспоминаниям, а отведать то, что Бог послал, — предложил Правитель, усаживаясь за стол, чувствуя лёгкий привкус так нравившейся ему самому пищи, принимаясь сразу за щи с гречневой кашей. С аппетитом, с каким-то особым наслаждением причмокивая, словно радуясь каждой росинке, ел Правитель, затем налил из лафитника несколько капель княжне креплёного вина, пригубил из своего бокала, затем опять налил, снова пригубил, радуясь вкусу, запахам, спокойному домашнему уюту.
— Скажите, в чём состоит главная идея? — спросила княжна, не поднимая ложку, чувствуя, как дрожит у неё рука, и с выжиданием и мольбою поглядела на Правителя. — В чём идея Белого движения?
— Белого, значит, чистого, русского, как очищение от скверны, заразы, которой поражена империя, — вот что сие означает, княжна. Наша идея состоит, княжна, в необходимости освободиться, то есть вылечиться от красной заразы. Понимаете?
Она кивнула, соглашаясь, что мыслит он несколько иначе, рациональнее, нежели она, но в то же время его рассуждения носят близкий ей смысл. Дарье не нравилась тональность речи, в ней не хватало патетики, горячности, чего так жаждала, желая очищения, её душа. «Катарсис! Должен быть катарсис, чтобы зажечь», — соображала она, с нежностью глядя на его смугловатые сухие и сильные, должно быть, руки со скрюченными немного пальцами, какие бывают у крестьян; цепкие, какие-то паукообразные движения его пальцев привлекали внимание.
— Выходит, должны очиститься от заразы? — продохнула княжна, превратившись вся во внимание.
— Я, возможно, не так выразился, но думаю, что Российская империя являла собою здоровый организм, который существовал в мировом пространстве, как, например, богатырь, или, скажем, как кит, или как планета. Но вот на него напала бактерия, имя ей «большевик», или их идея, маленькая, ничтожная, стала плодиться, как обычно происходит, при холере, чуме, вот такие маленькие, грязные, отвратительные под микроскопом, крошечные бактерии заполоняют всё более и более организм, который начинает болеть. Вот и всё, как бывает всегда в жизни. Надо вылечиться, очиститься от заразы, от чумы.
— Так спасения нет, получается! — воскликнула Дарья и встала, с заметавшимися глазами, со вспыхнувшими от напряжения щеками, с бледными от волнения руками.
— Нет-нет, вы, возможно, меня неправильно поняли, я хочу сказать, милая княжна, организм страшно болеет, но его надо лечить. Почти все страны переболели этой странной политической болезнью, но вот теперь мы. Надо лечить, на то мы и здесь, чтобы лечить. Наш черёд настал. Якобинцы во Франции, однако, вылечили, тоже страшная чума.
— А как?
— Что как? Как лечить? Лечить очень просто, надо хирургически вырезать опухоль и — всё. Понимаете, мы имеем дело с необычными вещами, микроб живёт не по нашим законам, воюет, убивает по законам, которые нам не свойственны. Зло для них — добро для нас, а зло для нас, страшно сказать — то для них добро! Беззаконие — их главная сила и главная надежда. Зло! В их руках оно — меч! Карающий, убивающий, изничтожающий меч! Мы не можем так убивать друг друга, не будем, защищать не будем.
У княжны даже голова закружилась от его слов, полных для неё такой неожиданной, страшной силы, что она с раскрытым ртом слушала Правителя, который с сухой улыбкой у кончиков губ объяснял ей вещи, которых не высказывал ранее своим близким, поскольку не придавал значения, и только сейчас ощутил вдруг глубинный смысл высказанных слов. Он понял: человеческий организм не выдержит напора чумных или холерных микробов и обязательно погибнет. Но если так, если сравнения, проведённые параллели оправданы, то получается, борьба, его чудовищные усилия не имеют под собою никакой опоры. Всё обречено. Белой армии придётся расписаться в бессилии, как человеку, больному чумой, разумно заказывать саван белый. Так и что же ему надо думать об этом? События последних дней не приносили большой надежды.
Колчак быстро дохлебал щи и ласково посмотрел на княжну, радуясь её румянцу, горящим глазам, наивным вопросам и желанию изменить ход событий.
— Садитесь, ешьте, — попросил он и побежал рысцой на кухню за гусиной печенью. Варёная гусиная печень со сметаной очень понравилась княгине, и она с особым удовольствием принялась есть, только теперь понимая, как проголодалась.