Божий дар, или Ход конем

И началось. Кое-как определившись с «гербовыми цветами» новоявленной барышни, мы принялись подбирать дорожный костюм «ее брата» — в тех же тонах, а также нечто, хотя бы отдаленно напоминающее ливрею охранника для орка, чтобы оно, ко всему прочему, содержало в себе какие-нибудь отличительные знаки, указывающие на его принадлежность к «своей госпоже». Худо-бедно выполнив эту, как мне уже показалось, непосильную задачу, мы взялись наряжать темного эльфа. Благо, дамских нарядов его «гербовых цветов» было предостаточно, так что мы могли позволить себе, — вернее, ему, — такую роскошь, как выбор. И, кажется, зря. Терпению Дани, в отличие от моего, не было предела.

Что касается остальных, то им, кажется, было все равно, так что злиться мне пришлось в гордом одиночестве.

Увидев это, Дварф улыбнулся и принялся накрывать на стол, но я его остановила.

— Не трудитесь, господин Дварф, это еще не скоро кончится, лучше расскажите мне о Гаронде.

Гном приподнял бровь.

— О Гаронде? А почему именно о нем?

Я удивленно пожала плечами.

— Насколько я поняла, мы с ним воюем. Или я ошибаюсь?

— Да нет, ты права, — рассмеялся гном. — Но что ты хочешь о нем узнать?

— Всё. В чем его сила. Почему его никто не может победить. Почему он вообще стал таким… Почему он все это делает? Ведь он же не безумец!

— Он не безумец, — кивнул Дварф. — Он — бог. Бог-Инквизитор. Только об этом все слишком часто забывают…

То есть… Ну да. Все привыкли думать о нем с человеческой точки зрения, забывая, пожалуй, самое главное. Он — бог, а боги существуют в иных категориях, и понимать их следует иначе. Он поглощает магию не оттого, что он такая жадная тварь, это — смысл его существования. Его божественной сущности. От этого растет его сила, и каждый раз ему требуется все больше и больше.

А когда он достигнет определенного уровня, что тогда? Что будет, когда магия этого мира иссякнет? А он этого боится. Поэтому Гаронд и убивает магов, получая их силу, ведь сила души мага намного больше силы всей его магии… если он, конечно, не качает ее из соседнего мира-кармана, как это делает Дани. Ну, допустим, Дани не в счет. А что дальше? Когда он покончит с магами… он примется за орков. Затем гномов и эльфов. А потом — за людей. Обычных. Простых смертных. Имеющих души. Без магии, но тоже кое-что. Хотя, может, к тому времени он уже не будет мелочиться — ведь есть еще другие боги, которых он перебьет поодиночке, и потом… сможет поглотить весь мир… Да нет, это уже слишком. Хотя…

— Дварф, а, убив простого человека, лишенного магии, он получает силу?

Гном нахмурился.

— У каждого человека есть душа. Сбрасывая бренную оболочку, она находит другую, ту, что еще только собирается развиваться… Но не всегда. Души проклятых не находят покоя, а души казненных Святым Орденом…

— Приносятся в жертву Гаронду, — закончила за него я.

Он опустил голову.