Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925
- Автор: Громова Наталья Александровна
- Год: 2010
- Язык: русский
- Год: Эллис Лак
- ISBN: 978-5-902152-83-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Марина Цветаева — Борис Бессарабов. Хроника 1921 года в документах. Дневники Ольги Бессарабовой. 1916—1925». Краткое содержание книги:
Дан развернутый комментарий, приведены редкие, впервые публикующиеся фотоматериалы.
Шура, Арсений и Федор Константинович пришли к нам с выставки «Мир искусства»[156]. Шурочка очень красива. Прекрасное лицо у нее, и вся она прекрасна. Борода Константинова так и золотится на весь дом. Шура так красива, что я совсем не заметила, в чем и как она одета. Кажется в черном «простом» шелковом платье, очень открытом.
Михаил Владимирович[157]: «Филипп Александрович вчера произвел на Вас впечатление своей речью? Произвел? Когда встали сегодня? Когда легли вчера? А как, не поздно?»
Я: «Раскрыть бы все окна, двери, потолок».
Михаил Владимирович: «Чтобы впустить Радость жизни?»
Я: «Не надо о ней. Не знаю».
Вавочка[158]: «Я понимаю иногда футуристов в их исканиях новых слов. Кажутся такими неполными, неточными слова: "любовь", "страдание", "радость жизни", "счастье"».
Наталья Дмитриевна[159]: «Может быть, потому, что не чувствуешь, что имеешь право говорить об этом?»
Михаил Владимирович: «Ольга Александровна имеет».
Наталья Дмитриевна: «В детстве около ушей вьется много прописных истин. Иногда уже взрослым человеком такую глубину поймешь в какой-нибудь, давно уже известной. Как что-то новое. Много теряется от частого бутафорского повторения».
Вавочка: «Да, я вот не могу произнести "Радость жизни"».
Михаил Владимирович: «А у Лиса[160] она звучит в голосе».
Я: «Ой, не надо говорить об этом!»
Михаил Владимирович: «Я говорю вполне серьезно. Вполне искренно».
Такое близкое, такое человечески хорошее сказали что-то глаза Натальи Дмитриевны, когда она уходила после этого разговора. Когда уходил Михаил Владимирович, мне хотелось поцеловать его тихонько, как Вавочку или маму, когда после недомолвки что-нибудь станет ясным и понятным. Он, вероятно, почуял и очень добро два раза пожал обе мои руки.
Я уже хотела ложиться спать. И вдруг как-то стало нужно пойти к Вавочке попрощаться на ночь еще раз. Она сидела в кресле как-то очень одна. Я тихонько примостилась на диване, поближе к ней, и мы потихонечку долго разговаривали о чувстве неизбежности, о молодости, о детстве Вавочки, о 1905 годе….
Вдруг телефон. «Да, это я, Михаил Владимирович. Мы разговариваем у Вавочки, очень хорошо у нас сейчас. Я и Вавочка. Больше никого. Спокойной ночи. Хорошо». Я ушла спать. Была очень рада, что он позвонил Вавочке.
Объявление Михаила Владимировича на стене о том, чтобы я не забывала о хине, порошках, температуре и прочих долгах.
Очень слаба я, заснула только перед вечером (после совершенно бессонной ночи).
1916
(Малая Дмитровка, Успенский пер., д. 6, кв. 3. Дом Косаговской)
Разговор с Вавочкой о Христе, о Боге, о Дьяволе, о мысли, об откровении, о свете и тьме. О да Винчи, Ренане, Ницше, о Тагоре, Джеймсе[161], Уитмене, о Владимире Соловьеве, о рациональном и религиозном («Религиозный опыт — особый план» Credo ad absurdum).
Михаил Владимирович потом по телефону назвал меня — за все, что я говорила, — а ему рассказала Вавочка — назвал меня еретиком и каинитом[162]. (В средние века была такая секта, и я о ней слыхом не слышала.) Сказал еще, что «все это Лис извлек из собственного хаоса».
С Вавочкой — о дневниках, о значении дневников по смерти пишущих — через какое-то время. Вавочка признает дневники только те, в которых отражаются опыты и пути духовного роста, размышления. (Толстой, Амиэль[163], Ларошфуко.) — Да, и еще такие книги, как «Исповедь Руссо», или уже исторические мемуары, написанные для истории своего времени, событий, — значит, вы не признаете дневников и записей просто людей — если они не писатели, философы, историки? А как же с записями просто людей, не писателей и не философов, но которым интересно записать о том, что они видят, слышат, о том, чему рады, о том, что им кажется интересным знать, видеть, рассказать?
— Сырой материал, фиксация текущих дней — кажутся мне скучными.
Потом я думала о дневниках и всяких записях. Почему так привлекают старинные мемуары, письма, записи «о текущих днях», бытовые, всякие (конечно, если они написаны не скучно, а интересно). И описательная часть о том, что видит и слышит человек и что случается в его и окружающей жизни, мне, кажется, тоже может быть не только интересна, но и нужна кому-нибудь (и писателю, и историку, и читателю просто).
156
«Мир искусства» — художественное объединение, сформировавшееся в России в конце 1890-х гг., а также одноименный журнал, издававшийся членами группы. Основатели — художник А.Н. Бенуа и театральный деятель С.П. Дягилев. Художественная ориентация «Мира искусства» была связана с модерном и символизмом. После революции многие его деятели были вынуждены эмигрировать. Фактически объединение прекратило свое существование в 1924 г.
157
Михаил Владимирович Шик — сын почетного гражданина Москвы Владимира (Вольфа) Мироновича Шика (1862–1938) и Гизеллы Яковлевны Шик (урожд. Эйгер; 1866–1952), закончил 5-ю московскую гимназию, затем историко-филологический факультет Московского университета по двум кафедрам — всеобщей истории и философии, прослушал курс философии во Франкфуртском университете. Вместе с В.Г. Малахиевой-Мирович перевел книгу У. Джеймса «Многообразие религиозного опыта» (1910). Был активным членом религиозно-философского кружка, одним из организаторов которого являлся его одноклассник по гимназии Георгий Вернадский. Во время Первой мировой войны М.В. Шик находился в армии, занимался эвакуацией населения из районов военных действий в Западном крае. После войны, в 1918 г. он принял православие. Крестной матерью была В.Г. Малахиева-Мирович, крестным отцом — художник В.А. Фаворский, с которым М.В. Шик был знаком с юных лет. При крещении он избрал своим небесным покровителем святого мученика князя Михаила Черниговского. Позднее В.Г. Малахиева-Мирович вспоминала:
«Однажды в день Ангела отца Михаила я спросила Наташу (его жену), почему он не избрал себе покровителем Архистратига Сил Небесных. Наташа ответила, что ему, по его словам, как-то по-особенному был близок образ князя Михаила Черниговского, замученного в Орде. И тогда я подумала, что в нем бессознательно, а может быть, и сознательно, говорила надежда закончить свой путь на этом свете венцом мученика» (цит. по: Смирнова Т.В …Под покров Преподобного. Сергиев Посад, 2007. С. 135). М.В. Шик стал любимым духовным сыном известного всей России старца Зосимовой пустыни Алексия (Соловьева).
В августе 1918 г. М.В. Шик женился на Н.Д. Шаховской, семья поселилась в Сергиевом Посаде. Шик вошел в Комиссию по охране памятников искусства и старины Троице-Сергиевой лавры (с апреля 1919 г).
М.В. Шик проходил по делу так называемой «Сергиевской самаринской группировки» вместе со священником отцом Сергеем Сидоровым, П.Б. Мансуровым, П.В. Истоминым и Ф.А. Челищевым. Получил два года высылки в город Турткуль Каракалпакской АССР. Летом 1931 г. снова нависла опасность ареста. И семья из Подмосковья переехала в город Малоярославец Калужской области (за 101-й км от Москвы). Отец Михаил совершал богослужения дома, тайно принимал у себя приезжавших из Москвы духовных детей и некоторых местных жителей. Среди его духовных чад была знаменитая пианистка М.В. Юдина, дочь В.В. Розанова Татьяна Васильевна и даже дочь Менжинского (председателя ОГПУ). 25 февраля 1937 г. в их дом пришли трое в штатском с ордером на обыск и арест. Обнаружили в пристройке признаки домовой церкви и увели отца Михаила. Расстреляли его на Бутовском полигоне под Москвой 27 сентября 1937 г.
158
Вавочка. — В.Г. Малахиева-Мирович. Ее отец Григорий Малахиев был странником, иногда надолго уходил из дома, нищенствовал, потом возвращался в семью. Мать Варвара Федоровна (урож. Полянская; 1848–1930) вела свое происхождение от графов Орловых — ее прабабка была дочерью одного из графов Орловых и крепостной девушки. Умерла в Сергиевом Посаде, похоронена на Кукуевском кладбище. В Москве на Пятницкой семья имела «контору дилижансов».
В семье было пять детей. Брат Михаил (1871/72-1922?) погиб при невыясненных обстоятельствах. Одна из сестер — Мария — умерла от менингита, вторая — Анастасия (1874–1919), одно время невеста философа Льва Шестова, сошла с ума и умерла в 1919 г. от голода в клинике. Малахиева-Мирович окончила гимназию и Высшие женские курсы в Киеве. Зарабатывала частными уроками. В конце 1880-х гг. примыкала к кружку революционеров-народников. Была знакома с Луначарским (посвятила ему стихи). В 1891 г. совершила поездку по Западной Европе (и впоследствии бывала в Италии, Швейцарии, Париже, Вене, Мюнхене). В 1895 г. познакомилась с Львом Шестовым (давала уроки в доме его сестры), оказавшим на нее значительное духовное влияние. Литературный псевдоним — Мирович, возможно, связан с юношеским литературным псевдонимом Шестова, которым он подписывал свои ранние рассказы (см. об этом подробнее: Н. Баранова-Шестова. Жизнь Льва Шестова. С. 19): «Шестов был также дружен с писательницей Варварой Григорьевной Малахиевой-Мирович из Воронежа, которая в те годы писала в киевских газетах, а позже стала сотрудницей московских и петербургских журналов. В конце десятых годов она заведовала беллетристическим отделом "Русской мысли". Сохранилось 17 ее писем к Шестову. Из них 9 написаны в 1895 и 1896 гг. и 8 — между 1921 и 1925 гг. Тон писем весьма дружественный. В них немало рассуждений на возвышенные темы, но Варвара Григорьевна также часто обращалась к Шестову за помощью, и он ей никогда не отказывал. Можно предположить, что они познакомились в 1892–1893 гг. Потом встречались в Киеве и Москве». Об отношениях Льва Шестова и В.Г. Мирович подробно рассказано в ее дневниках (находятся в процессе обработки и подготовки к публикации). С 1898 г. жила в Петербурге, с 1901 г. — в Москве. Сначала 1890-х гг. печатала заметки о литературе и театре: в «Киевском слове» и других киевских газетах, с 1898 г. — в газете «Неделя». До революции В.Г. Мирович выступала в печати как литературный и театральный критик: сначала в киевских газетах, а позже в петербургских журналах «Русская мысль» и «Мир искусства». В 1909–1910 гг. в журнале «Искусство и печать» (Киев) опубликовала статьи о М.А. Врубеле и М.В. Нестерове. Появлялись в журналах и ее стихи, а в 1923 г. вышел сборник «Монастырское» (стихи середины 1910-х гг.). Ольга Бессарабова была не только воспитанницей В.Г. Мирович, но и стала ее душеприказчицей. Внешняя и внутренняя жизнь Ольги и Варвары Григорьевны были тесно переплетены, о чем красноречиво свидетельствуют публикуемые дневники.
159
Наталья Дмитриевна Шаховская-Шик (1890–1942) — по образованию историк, детская писательница. Дочь князя Дмитрия Ивановича Шаховского, создателя либеральной партии кадетов. В 1907 г. поступила на Высшие женские курсы в Москве. В 1913 г. заболела туберкулезом легких. Лечилась в Крыму. С 1917/1918 гг. — сотрудничала в созданном ее отцом Дмитровском союзе кооперативов. После свадьбы жила в Сергиевом Посаде, где преподавала в Сергиевском техникуме. В 1920 г. была арестована московской ЧК, но вскоре освобождена. Родила пятерых детей: Сергея, Марию, Елизавету, Дмитрия, Николая. Умерла в июне 1942 г., в Москве, в Туберкулезном институте. Похоронена на Ваганьковском кладбище.
160
Лис — домашнее прозвище Ольги Бессарабовой.
161
Джеймс Уильям (1842–1910) — профессор психологии Гарвардского университета, создатель американской психологической лаборатории. Свою задачу видел в том, чтобы на основе аналитического метода самонаблюдения изучать душевные явления в их целостности. В России было переведено и издано несколько книг У. Джеймса, в частности: «Многообразие религиозного опыта» (1905). В 1910 г. в Москве эта книга вышла в переводе В.Г. Мирович и М.В. Шика. Писатель Генри Джеймс (1843–1916) — младший брат У. Джеймса, классик американской литературы.
162
Каиниты — одна из гностических сект II века. Ее приверженцы чтили Каина, которого признавали «за произведение высшей силы», и почитали Иуду Искариотского.
163
Амиель Анри Фредерик (1821–1881) — швейцарский философ и поэт, автор «Дневника» и множества афоризмов, включенных Толстым в свой «Круг чтения».