Строптивая невеста [litres]

Оставалось только надеяться, что на этот раз ей хватит ума сидеть смирно и никуда больше не вляпаться.

Хотя бы эта надежда оправдалась. Если Людвигу придется сейчас гоняться за этим демоном в юбке по кустам Академии, он ее точно убьет. Нечаянно. В состоянии аффекта. А потом – Гельмута, который подсунул ему этот кошмар! И Курта! Наверняка Курт по самые уши замешан в текущем безобразии – Курт всегда замешан, и вообще женат на франкской шпионке!

Ох. Как же Людвиг устал от этого дурдома.

Главная красота дурдома смирно сидела в кресле и распивала ромашковые чаи вместе с другой красотой – милейшей, благовоспитаннейшей бриттской леди с изумительно невинными голубыми глазами. Почему-то в данный момент удивительно напоминающими такие же невинные и благовоспитанные глаза его величества Гельмута. Разве что кудряшки у леди были не золотистые, а светло-русые, с легчайшей рыжиной.

Когда Людвиг вошел в гостиную, обе красоты замолкли на полуслове и обернулись с очаровательными улыбками.

Спелись.

Кошмар.

А Гельмуту так и надо – жениться на этом… этой… от которой у него, Ужасного Некроманта Бастельеро, несварение и нервный тик.

Слегка ободренный предстоящей местью кузену, Людвиг вполне мирно уселся в свободное кресло, взял чашку ромашкового чая, приятно пахнущего шерри, и задал прекрасным леди первый вопрос. Из полусотни. Барготовы подштанники, ему еще леди уговаривать не поднимать скандала!

К сожалению, Ольга тоже ничего полезного рассказать не смогла. Только описала процесс и упомянула еще две головные боли, с которыми ему предстоит познакомиться завтра – детишек Черного Карлика, не к ночи будь упомянут. И еще некая Фифа, пигалица с амбициями! Баргот, за что ему такое наказание!

Элиза – слава Барготу, это чудо учится не у него! – добавила лишь кучу подробностей о ране Гектора.

– Царапина, все давно прошло! – возмутился гэльс, откровенно воодушевленный перспективой совместного расследования.

Леди не позволила сбить себя с толку.

– Ты не понимаешь, это важно для расследования! – вспыхнула она.

– Очень важно, продолжайте, прошу вас.

И она продолжила. Да так, что Людвиг пожалел, что нельзя и ее переманить в Оранжерею. Истинная дочь своего талантливого (и по-бараньи упертого) отца! По форме раны, ее глубине и кровотечению леди смогла определить модель пистоля, расстояние до убийцы (совпавшее с отчетом шпиков) и даже сказать, что стрелял левша.

– И он ушел порталом, – с обидой возмутился Гектор, которому не дали проявить себя при задержании.

– У вас еще будет шанс, – пообещал ему Людвиг. – Возможно, и не один. А вы, леди, останетесь здесь или предпочтете вернуться домой, в относительную безопасность?

– Относительную? – нахмурилась Элиза, безошибочно выделив главный посыл.

– Если это была попытка добраться до исследований вашего отца, то вам будет угрожать опасность и на родине.