Тень Серафима [АТ]

Выбор тут — дело вкуса, не более.

— Одну минуту, господин инквизитор, — неожиданно окликнул его пожилой мужчина. — Я хотел бы записать номер вашей фибулы, если не возражаете.

— Разумеется, — совершенно спокойно отозвался Себастьян, внутренне на чём свет стоит костеря себя за медлительность. Непростительную медлительность, грозящую ненужными осложнениями.

Нужно было исчезнуть незаметно, пока служащий не опомнится. Но сейчас уже ничего не попишешь — отказать он не мог. Инквизиция проявляла пытливый интерес к действиям, совершаемым своими адептами, и осуществляла строгий контроль за каждым. Поэтому всякий гражданин мог попросить номер фибулы, чтобы потом сообщить об инциденте в городское отделение святой службы, если возникли хоть какие-то сомнения в правомерности или необходимости действий инквизитора.

Надо же, какие сознательные граждане эти работники городского вокзала, — бдят, не зная отдыха! Мало им как будто повседневных забот. Местные инквизиторы, несомненно, заинтересуются фактом нелегального использования служебных полномочий давно умершего собрата и начнут, а вернее, возобновят старое расследование.

Этого только не хватало.

Серафим грустно покачал головой, выходя на привокзальную площадь, и глубоко вдохнул тяжелый влажный воздух. Придется, видимо, распрощаться с приметной фибулой, не раз выручавшей в трудную минуту. И так ювелир тянул до последнего: однажды она уже была засвечена здесь, в Ледуме, когда вот так же потребовалось незаконно добыть некоторые сведения. Большим риском было вновь попытаться использовать её. Он проявил неосмотрительность, необоснованную беспечность, и, к тому же, снова ничего не выяснил. Как-то несчастливо начинается всё это дело с шерлом.