Отрави меня собой

Витая в облаках на перерыве, Оля полезла в социальные сети, и словно нечистый дернул зайти на страничку Лавра. Конечно, разве иное можно было ожидать? Множество фото с друзьями в клубах, на отдыхе, на яхте. Оля кисло сморщилась, едва не подавившись ядовитой ревностью, чуть ли через фотографию наблюдая Артёма в обнимку с красивыми стройными барышнями. И какое, простите, ей дело до его разгульного образа жизни и тем более его девушек?! Полистав без особого энтузиазма другие фото, глаза Ольги округлились, наткнувшись на парочку изображений Лаврова в… военной форме?! Да ладно?! Вместо смоляных локонов — черный ежик. Выглядел Артём гораздо моложе, но тот же наглый взгляд властителя всея мира. На дембельской фотке в парадной форме так и вообще — просто красавец! Так он оказывается, служил?! Какое удивление! С каждым новым днем натура Лаврова открывалась перед ней самыми разными невероятными гранями. Чего доброго, глядишь и человек настоящий да нормальный, откопается! Оле ничего другого не оставалось, как молча обалдевать.

Именно этим наступающим теплым вечером такой человек явился под самый подъезд, когда Оля забрала Машу из центра. С самым невинным выражением лица, Артём пригласил их погулять вместе с Машей по парку и посмотреть на город с колеса обозрения. Время провели весело, ели мороженное, сладкую вату пили коктейли. Все внимание было уделено только Маше, которая от колеса обозрения осталась в восторге. Когда кабинка подняла их на самую вершину, девочка с ликованием взвизгнула и, вцепившись в сильную руку Артёма, бдительно держащего ее, осматривала город. Однако под неусыпным надзором мажора находилась и Ольга. Девушка все чаще ловила на себе его внимательный взгляд, но умудрялась не краснеть, как маков цвет. Ближе к сумеркам, Лавров подвез их к самому подъезду, проводил до самой двери, благовоспитанно чмокнул в щечку Машку, а потом, озорно поиграв бровями, подарил такой же поцелуй Ольге, попрощался и укатил.

Оля осталась в полном недоумении. И пребывала в нем на протяжении последующей недели, когда такие прогулки превратились в особую традицию. Оля остро ощущала, как приближается к той опасной грани, где отвернуть назад будет уже поздно, когда Артём Лавров станет частью ее сердца, которую в случае краха вероятных отношений, просто так вырвать не получится. Кровоточить будет долго, а возможно — всегда.

Одним теплым вечерком они втроем медленно вышагивали по зеленеющему молодой листвой парку, любовались первоцветами на клумбах. Сначала Машка шла между ними, держась за их руки, дергая их на себя, весело щебетала, счастливо заливалась смехом, когда у нее получалось говорить четко и без запинки. Оля с Артёмом по очереди задавали ей вопросы о занятиях в центре, загадывали загадки. Машка охотно отвечала, очень старалась говорить правильно. И у нее это получалось.