Пруд гиппопотамов [The Hippopotamus Pool - ru]

– Посмотри, Пибоди, – предложил Эмерсон, поднимая одну из глиняных ламп и приближаясь к ближайшей стене. – Старый негодяй построил свой дом на могиле времён Восемнадцатой династии. Коридор, ведущий к этой комнате, был туннелем древнего вора. Без сомнения, одного из предков Хамеда.

– Откуда ты знаешь, что это Восемнадцатая династия? – полюбопытствовала я. – От настенных изображений почти ничего не осталось.

– Большинство частных гробниц в этом районе относятся именно к её периоду. Вот здесь можно различить несколько контуров, – он переместил лампу, – и здесь тоже. Похоже, изображена банкетная сцена, такая же, как в гробницах Ра-мосе и Небамона[92]. А эту могилу не закончили. Обрати внимание, что задняя стенка осталась грубой; её не загладили и не оштукатурили, чтобы обеспечить ровную поверхность для чертёжников, наносивших контур сцены, и художников, которые следовали за ними. Хамед расширил оригинальный туннель, который был неудобно узким. И, вероятно, для того...

Мы внимали с интересом: не каждому посчастливится услышать, как эксперт уровня Эмерсона излагает методологию; но когда он приблизился к неровной дыре в задней стене, Хамед протестующе завопил:

– Отец Проклятий, ты заходишь слишком далеко! Это мои личные покои. Там… там женщины...

– Ты держишь своих женщин в такой тёмной дыре? – хмыкнул Эмерсон. – Как я уже говорил, Пибоди, этот коридор должен был вести в другую каменную камеру, но так и не был завершён; и в результате у Хамеда появился удобный чулан для хранения.

Площадь комнаты пяти футов высотой равнялась приблизительно десяти квадратным футам. Она была переполнена скульптурами. На нас смотрели каменные лица, наброски людей, гротескные симулякры[93] зверей и птиц – соколиной и кошачьей голов, ибиса и крокодила. Полуприкрытые глаза сфинкса с вытянутой мордой испускали отблеск отражённого света от пятнышка слюды в камне.

– Хранилище скульптур, – отметил Эмерсон после того, как Хамед топнул и выругался.

– Да, это копии, – пробормотал Хамед. – В чём тут преступление?

– Ни в чём – если их не продают, как подлинные. – Некоторое время он колебался, а затем качнул головой. – Пойдём, Пибоди.

Я подождала, пока мы не вышли из дома, и только тогда заговорила:

– Честное слово, Эмерсон, совсем неожиданный уход. Почему ты не остался, пока не достиг своей цели? Я не могу поверить...

– Я не достиг своей цели, верно. Но при сложившихся обстоятельствах было бесполезно заниматься этим вопросом. Мне придётся вернуться в другой раз. Без, – добавил Эмерсон, окинув нас беспристрастным взглядом, – всех вас. С тем же успехом я мог бы громко кричать о своих делах всему Гурнеху!