Не в этот раз, Судьба

К пониманию закономерностей, по которым аура то защищала от ран, то позволяла их получить, приблизиться так и не удалось. Не имело особого значения и то, с кем именно сражался Жон — с друзьями или врагами. Она одинаково подводила его и в бою против сестер Малахит, и в спарринге с Саном.

— Тогда я могу идти?

Со стороны Вайсс раздалось тихое рычание, а Кицуне покачала головой, заставив Жона разочаровано вздохнуть.

— Пусть даже полученный урон невелик, но эти раны тоже следует обработать. У меня имеется специальная мазь, которую можно втереть в кожу для ускорения процесса лечения, но будет лучше, если ты останешься здесь на ночь — на тот случай, если что-то пойдет не так.

— Зачем ему тут оставаться? — спросила Вайсс настолько недовольным тоном, словно не сама совсем недавно его сюда затащила. — Вы ведь сказали, что полученный им ущерб невелик. Уверена, что этой мазью можно воспользоваться и в комнате нашей команды.

— Да, нанесенный коже ущерб невелик, — кивнула Кицуне. — Но когда имеешь дело с огнем, то всегда остается шанс на то, что пострадала, например, дыхательная система. И если он внезапно начнет испытывать проблемы с дыханием, то я бы предпочла находиться где-нибудь неподалеку.

Ее карие глаза игриво прищурились.

— Вы же именно это хотели услышать, мисс Шни? Или у вас существует какая-то причина сомневаться в моих намерениях относительно вашего партнера?

— У меня есть подозрение, что если он здесь останется, то у него могут возникнут проблемы не только с дыханием, — раздраженно ответила ей Вайсс.

У Жона ушло некоторое время на то, чтобы понять, что ее выпад был все-таки направлен против него, а не против Кицуне. И смех последней лишь подтвердил эту его догадку.

Да, Вайсс полагала, что если Жон останется на ночь в медпункте, то наверняка попытается кое-чем заняться с Кицуне. Но правда заключалась в том, что это именно она занялась бы кое-чем с ним.

— Хотя я понимаю некоторые ваши сомнения в моем... профессионализме, — сказала Кицуне, явно испытывая немалое удовольствие от возмущенного взгляда Вайсс. — Но предпочитаю, чтобы мои партнеры всё же продолжали дышать. И наверное, можно даже не упоминать тот факт, что подобные проблемы со здоровьем сильно сказываются на их усердии и энтузиазме.

— Я... понятия не имею, о чем вы вообще говорите, — заявила Вайсс.

— О, ну конечно...

Жон поспешил встать между ними, пока ситуация не успела ухудшиться.

Кицуне обожала играть с людьми, но Вайсс для этих ее игр подходила крайне слабо.

— Компромиссный вариант, — сказал он. — Я остаюсь здесь, ты даешь мне мазь, но на ожог ее наношу самостоятельно.

— Покажи-ка ладони.

Ладони?

Жон удивленно моргнул, но всё же вытянул их перед собой. И это оказалось ошибкой.

Кицуне хлопнула по ним, заставив его вскрикнуть от боли и отдернуть руки, прижав их к груди.

— Какого хрена ты творишь?!

— Вот видишь, — сказала Кицуне так, будто это всё объясняло. — Твои ладони точно так же обожжены, как и остальная кожа на руках. Пытаясь нанести ими мазь, ты лишь усугубишь их состояние, которое вполне может вылиться в необратимые повреждения нервных окончаний.