Темная волна. Лучшее
- Автор: Костюкевич Дмитрий Геннадьевич, Рэйн Ольга
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Эксклюзив-Медиана
- ISBN: 978-5-93835-112-7
- Жанр: Ужасы
Электронная книга - «Темная волна. Лучшее». Краткое содержание книги:
В настоящем сборнике представлены большие подборки произведений Дмитрия Костюкевича, Ольги Рэйн и Максима Кабира. В долгих представлениях авторы не нуждаются, они давно и прочно завоевали и любовь ценителей «темных жанров», и высокую оценку профессионалов от литературы. Достаточно сказать, что в восьми проводившихся розыгрышах «Чертовой Дюжины» (самый популярный и представительный хоррор-конкурс Рунета) они одержали пять побед: по два раза становились лучшими Ольга Рэйн и Максим Кабир, один триумф на счету Дмитрия Костюкевича.
Истории в сборнике представлены самые разные, переносящие читателя и в фэнтезийные миры, и в темные глубины сознания, и на мрачную изнаночную сторону нашего обыденного мира… Разные, но нет среди них скучных. Приятного и страшного чтения!
— Вы его чувствуете?
— Я бы не отказался… — Майор снисходительно улыбнулся. — Нет, это работает по-другому. Мыслеформа, или энергетическая программа, или концентрат, выбирай сам, какое-то время искрит, не рассеивается. А наш клиент, похоже, без денег в бега ушёл. Пришлось выкручиваться. Хорошо, что он, как и я, не шпрехает на дойче. Кассиршу в оборот взял.
— И куда мы?
— В немецкий Лондон. Ну что, поработаешь гидом?
Младший не ответил. Покопался в меню билетного автомата, скормил несколько купюр. В лоток выпал билет, посыпалась сдача.
— Что, один на двоих?
— Групповой.
— Почти синергический, — пошутил старший, но увидел, что Глеб не понимает. — Синергия… ну? Совместные моления. Слепленная на двоих мыслеформа.
Глеб вспомнил. В учебке был курс о паранормалах. Да и во время тестов лаборанты трепались не умолкая. В том числе про то, что два нуса могут объединить силы (стать сотелекинетиками) и убрать объект, даже не видя его.
— Сколько до поезда? — спросил старший.
— Сорок минут.
— Гут.
В кафешке они взяли по коробке острой корейской лапши, майор добавил два пива, в одну кассу.
Человек в капюшоне смотрел на уличных мимов. Живые статуи.
Серебряный попрошайка висел в воздухе, опираясь на трость, на его правой руке сидела серебряная фрау, которая в свою очередь держала на руке манекен, единственного из троицы, кто ничего не ждал от толпы туристов. Над мимами прямолинейно текли, впечатляя, ренессансные формы Гамбургской ратуши.
Человек в капюшоне поставил попрошаек на «стоп» и выгреб из шляпы горсть монет. Глупый поступок — денег мизер, кругом люди, — но ему уж очень не понравились глаза серебряного человека, неподвижные, тоже с металлической ноткой.
Он не знал, удалось ли оторваться от преследователей. Не знал, что делать дальше. Осесть в этом безразличном к нему городе или бежать дальше?
Он был зол и напуган.
Кого пустили по его следу? Знает ли он ищейку? Наверняка знает… столько лет в структуре…
Человек в капюшоне решил: чему быть, тому не миновать. Если придётся, он убьёт снова, и только тогда побежит.
Пошёл дождь, мелкий, безнадёжный.
Человек в капюшоне сжал зубы, с некрасивой ухмылкой кинул в шляпу мелкий медяк и двинул в сторону метро.
Прошла неделя.
Группа нашла им квартиру в северном районе Гамбурга, рядом со станцией метро «Кивитсмор». Первый этаж, балкон с выдвижным навесом — идеально для старшего с бутылкой «Францисканера» или стаканом «Чивас Регал» в руке. Майор наслаждался затянувшейся командировкой. Вечером вышвыривал из головы все эти разноцветные фасады, черепичные крыши и перекрестия линий метро и расслаблялся, глядя на перерытую кротами и облюбованную кроликами лужайку.
Иногда у балкона раздавалось просительное мяуканье полосатого кота. И тогда сердце Глеба тянулось к жене и коту Филимону. Сердце старшего, казалось, не имело магнитов для тоски, билось ровно и безупречно.
Скоро отзовут, думал без сожаления Глеб. След нуса потерян. Куплю Верочке сувениров и домой.
Иногда он думал о природе нусов. О людях с расстройством нервных клеток, экстрасенсорным феноменом. Думал поверхностно и некомпетентно, как думают об устройстве компьютера, ничего в этом не смысля.
— Медленно пьёшь, — сказал майор, вперившись взглядом в тяжёлые от дождя липовые соцветия. — Что, не угодили гитлеровские пивовары?
— Вкусное, — причмокнул Глеб. — Не люблю быстро.
— Так ничего не успеешь, — выдал философски старший.
— Вы его знали? — спросил Глеб, и глаза майора потемнели. — Он ведь из Группы? Так человека раскурочить — подготовка нужна.
— Много ты знаешь… — Старший вздохнул, потом сдался: — Знаю. Только нашим он перестал быть, когда полковника кокнул. А в бывших долго хаживать не позволят.
— А если не найдём?
— Так не одни мы ищем.
— А если перебежит?
— К фрицам-то? Испугается. Или они испугаются. Ты бы стал работать с шаровой молнией?
Глеб пожал плечами. Он пока не понял, как к этому относиться. Труп полковника на фотографиях оставался трупом на фотографиях. Мало, что ли, он видел жмуров? В учебке на вскрытиях насмотрелся. А что до нусов… Ну, вот неделю бок о бок — как прислуживать волшебнику, не понимая секрета фокусов. Попросить старшего, чтобы стёр из памяти измену Верочки? Которую простил, выдавил кровью и гноем… но не до конца.
Кстати, умеют ли нусы стирать воспоминания?
— Чушь всё это, — сказал старший, и Глеб впервые почувствовал, что кто-то рядом, в его мыслях. Это было похоже на неприкрытую дверь в ванной.