Клятва золотого дракона [litres]
- Автор: Лазаренко Ирина
- Язык: русский
- Год: Штепин Д.В.
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Клятва золотого дракона [litres]». Краткое содержание книги:
В надкаменном мире эльфы обманом выманили у драконов новое Слово и заключили их в тюрьму Донкернас. Драконы не могут покинуть её, не утратив своей ипостаси, ведь каждого связывает клятва, данная старейшими: за ядовитых драконов дал Слово Вронаан, за снящих ужас сказал Слово Оссналор, за ледяных драконов Слово дала Хшссторга…
Но ни гномам, ни эльфам никто не давал Слова за золотых драконов, потому что там не было золотых драконов. Их вообще не бывает.
Спустя сотни лет тот, кого не бывает, вырвется из тюрьмы Донкернас и отправится туда, где всё начиналось: в гномский Гимбл, где за пределами последнего обитаемого города плодятся невиданные прежде чудовища, где копят силы и злость отщепенцы а-рао, где бродят духи погибших в войне драконов, гномов и разумных гномских машин.
– Но если теперь другие существа тоже стали детьми гор? – снова подала голос Иган. – Как прежде ими стали мы? Быть может, и гномы когда-то возникли из камня вопреки воле Такарона, в результате ошибки, стечения обстоятельств, мутации – но мы плоть от плоти его, и он признал нас как своих детей. Вдруг теперь он так же признал и другую плоть от плоти своей – тех, других, страшных?
Илидор стоял между гномкой и завалом, никто другой не слышал её в общем гаме, но Иган и обращалась только к дракону.
– Быть может, – повторил он, не очень хорошо понимая, что там говорит векописица: в ушах шумело, спина почти ощущала, как по ней бегают маленькие стальные паучата, глаза, кажется, улавливали движения ног-кинжалов, беспомощно торчащих из лежащего на боку паучьего тела. Стоило посмотреть на одну ногу – чудилось, что дергается другая, а совсем выпустить из вида эту машину, эту вражину, пусть и дохлую, было никак нельзя.
– Но если горы признали своим порождением даже вредителей, – продолжала рассуждать Иган, – то и для других детей Такарона баланс меняется. Не так ли? Пусть ты, дракон, – старший сын гор, пусть ты – их любимый сын, никто не может спорить с этим, но будет ли Такарон защищать тебя от других своих детей? Однажды он уже не защитил вас. Быть может, и не мог.
Северная стена Узла Воспоминаний выглядела так, будто на нее напала гигантская машина-камнеедка: глубоко вывороченный провал, разбросанные булыжники… Илидор сильно потер щеки, отгоняя мерзкое чувство от близости машины, этот почти стоящий в ушах скрип, запах отработанной лавы, притягивающие взгляд мертвые глаза, утопленные в стальное туловище. Вот же напасть, паук давно издох, а его призрак не показал ничего интересного! Не важно, есть тут дохлая прытка или нет, а важно совсем другое – что звук как-то неправильно отражается от провала.
Совершенно неправильно. Словно провал не заканчивается грудой булыжников или стеной, словно за ним пустота, и оттуда доносится эхо и шорох камней, и шуршание пыли и…
– Назад! – заорал Илидор, но на него никто не обратил внимания, и тогда дракон сиганул прямо в гущу спорящих гномов, прямо на груду камней рядом с мёртво торчащими кинжальными ногами, и одна почти коснулась его, отчего колени Илидора едва не подломились. – Назад!
Он раскинул руки, крылья плаща развернулись со звонким хлопком паруса под порывами ветра.
Гномы действительно отскочили, мгновенно у всех в руках оказались топоры и молоты – ни у кого не было времени подумать, верит он дракону или нет, есть ли у дракона причина так орать, или он просто спятил – какая, в кочергу, разница! Из-за завала или же снизу – не разобрать! – захрупало и загудело уже громче, так, что услышали и гномы.
– И во имя отца-солнце, который наполняет каждого своим светом! – помахивая молотом, завелся Эблон, и брызги слюны полетели во все стороны. – Не убоимся зла!
Иган, никак не готовая не убояться, отбежала подальше, нашла глазами давешнюю разваленную харчевню с призраками-гномами: как туда забраться половчее, где ступени? Призраки вмиг перестали казаться такими уж страшными, потому что…
Под землей глухо хрупнуло, тряхнуло слегка, потом сильнее, потом прямо под границей разобранного завала образовалась воронка, куда всосались булыжники поменьше, а потом земля разверзлась, и наружу, протаранив камни костяным лбом, вырвался гигантский червь-хробоид: пепельно-бледный, кольчатый, толщиной с колонну Топазного зала и длиной с четверть Треглавого моста – той частью, которой торчал из-под земли. Гномы заорали и бросились – кто от него, кто к нему, но топоры и молоты отскакивали от толстой шкуры, как мячики шарумарских эльфят отскакивают от земли.
– Во славу Храма, принесём же свет в самые тёмные закутки! – надрывался Эблон и мельтешил перед хробоидом, размахивая молотом, словно тот весил не больше лепешки.
Хробоид раскрыл пасть – в первый миг показалась, будто его голова лопнула и развалилась на три части, открыв липкие на вид подвижные ряды пластин и розовую глотку за ними, а потом эта пасть рухнула на гномов, сомкнулась на голове одного из них, Эблон с разворота ударил молотом в щеку, голова хробоида вздернулась, мотнулась, пасть разжалась, и тело гнома без головы, быстро вращаясь и расплескивая струи крови, улетело к развалинам харчевни.