В глубине Великого Кристалла. Помоги мне в пути [сборник litres]

– Всем на месте! Руки!.. В пыль разнесу!

Я не знал, что у него за штучка, но парни, видимо, знали. Вздернули руки и замерли на полу в неудобных позах.

– Где мальчик?! – рявкнул капитан.

Вопрос был излишним, потому что сквозь грохот, сотрясавший дверь в перегородке, неслись яростные вопли: «Открывайте, паразиты! Не имеете права! Все равно убегу!..»

Пантюхин глянул на ревущую девицу, шевельнул машинкой:

– Открыть!

Но дверь в этот миг сорвалась со щеколды и петель и грянулась плашмя. А на дверь – пузом, руки-ноги в стороны – приземлился мой ненаглядный лоцман Александр Крюк.

Он стремительно сел, яростно обвел всех мокрыми глазами, взвился ракетой, кинулся к Пантюхину, вцепился в машинку.

– Владимир Евгеньевич, не надо! Это не бандиты! То есть бандиты, но не надо… Они не виноваты…

– Сам ты бандит, – сказал толстяк. Он опустил руки и держался за поясницу. – И вы, Пантюхин… С цепи сорвались?

– И вы… гражданин Решилов, – сказал «тореро». Он встал, держась за колено, и смотрел на меня через плечо. – Интеллигентный человек вроде бы… Я ваши книжки еще в первом классе читал. Про трюмных гномов с «Геродота»…

– Весьма польщен, – отозвался я нервно. – Однако подожду приносить извинения, пока не выясним ситуацию…

– Кто вы такие? – полицейским голосом спросил Пантюхин.

Сашка быстро сказал:

– Это наши, из «Пилигрима»… – И засопел.

– Я… диспетчер группы проводников, – постанывая, сообщил толстый. – Меня зовут Клим Збаров. – Он, кривясь, опять сел к столу. – И если бы я знал, что из-за этого гамадрила…

– Сам такой, – мрачно сказал Сашка.

– Молчи, Крючок! – взвизгнула девица. – Дать бы как следует по шее… Заварил кашу да еще и… – Она всхлипнула и сердито вытерла глаза подолом широкого зеленого свитера. Интересно, что Сашка не возмутился «Крючком», не огрызнулся. Засопел сильнее и стал рассматривать ссаженный локоть.

– Что за кашу заварил мой проводник? – осведомился я со сдержанным негодованием. – И может ли какая-то «каша» служить причиной для похищения ребенка из гостиничного номера?

– Кирилл, объясни ты им… – плаксиво сказала девица.

Но похожий на испанца Кирилл (он все еще держался за ногу) язвительно предложил:

– Пусть «ребенок» расскажет сам. Тем, кто его героически спасал… Ну, давай, Сашенька, поделись планами, которые мы так бессовестно сорвали…

– Что все-таки случилось? – хмуро поинтересовался Пантюхин. И спрятал машинку под штурманку.

– А то… – с расстановкой начал диспетчер Клим Збаров, – что это сокровище… вы посмотрите, как он занят своим локтем… Это сокровище намылилось удрать в рейс на вашем «Даблстаре», капитан Пантюхин!

У капитана Пантюхина по-мальчишески приоткрылся рот. Сашка брызнул на диспетчера Збарова гневным взглядом и опять занялся локтем. Попытался даже лизнуть его, что, разумеется, было немыслимо.