Красные следы на белой коже

Я билась и брыкалась, цепляясь за Хозяина, пока ко мне не подошёл Бурый. Стиснув меня так, что руки оказались прижаты к телу по швам, он рыкнул «Поднимай!»

И я воспарила.

Боль пропала, оставив чувство натяжения. Эйфория затопила мой мозг, вытеснив страх и все другие чувства. У меня словно заложило уши, помню только, как шевелились губы Бурого, когда он крикнул «Фиксируй!». Как Хозяин, в восхищении, не сводил глаз с меня, и на его лице вдруг проступила нежная улыбка. Как я, теряя голову от нахлынувшего чувства полета, решилась ответить на нее.

Сколько я так провисела, не знаю. Время словно изменило свой ход. И только когда начли вынимать крюки, а Хозяин принялся растрать спину в местах проколов, меня окончательно отпустило.

Кажется, я похныкивала, изгибаясь ему навстречу. Тело словно переродилось. Внутри меня поселилось шоковое чувство правильности происходящего и даже страшный Бурый перестал восприниматься так остро, как вначале.

Разум медленно, но неотвратимо покидал меня.

— Вот, посмотрите, — сказал чей-то голос. В нос ткнулась ватка с нашатырем. — Девчонка-то снова возбуждена.

Уже знакомая елда Бурого ритмично заходила во мне. Потом он махнул рукой и остальные доминанты, как хищники на кусок мяса, принялась трепать меня, заполняя мой рот, влагалище и анус своей спермой. Был ли среди них Хозяин? Нет. Оставив меня на растерзание этим акулам, он вернулся к столу. Налил бокал вина и, молча, принялся наблюдать.

Я давно перестала разбирать, чьи пальцы разминали мои соски, кто натягивал меня сзади, а кто спереди. Глаза слезились, я старательно мотала головой, принимая очерёдной член, и постанывала, в надежде, что если я не буду сопротивляться, тогда меня не покалечат.