![Средь тяжкого труда и скорби [СИ] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/4/8/1/6/9/sred-tyazhkogo-truda-i-skorbi-si-download.jpg)
Средь тяжкого труда и скорби [СИ]
- Автор: Вебер Дэвид Марк
- Серия: Сэйфхолд #6
- Язык: русский
- Переводчик: Николай Порфирьевич Фуризиков
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Средь тяжкого труда и скорби [СИ]». Краткое содержание книги:
Гуманитарная помощь Чарисийской империи помогла республике Сиддармарк пережить тяжелейшую зиму после восстания лоялистов Церкви, массового голода и смертей из-за уничтоженного ими продовольствия и жилья. Слабо вооруженные республиканские силы не справились с огромными враждебными армиями, которые оккупировали почти половину территории государства. Их остановили только спешно переброшенные союзные чарисийские войска и сорвавший снабжение захватчиков рейд первых паровых миниброненосцев по тыловым рекам и каналам. Снова технологическое превосходство империи, храбрость и инициатива ее людей… с небольшой помощью сейджина Мерлина позволили выстоять в неравной борьбе. Бежавшие от убийц инквизиции княжна Айрис Дейкин и ее брат Дейвин, малолетний князь Корисанды, чувствовали себя как дома на чарисийском галеоне, во время пребывания в столице Чариса Теллесберге и в морском путешествии в Чисхолм с императрицей Шарлиан, и Айрис полюбила спасшего их лейтенанта Гектора Аплин-Армака.
Дизайн и изображение на обложке предложены англоязычным издательством
Оно питается само собой, — подумал он, наконец-то отгоняя образ этих обнаженных тел. — Жестокость ведет к ответным злодеяниям, и люди, которые не могут отомстить за себя тем, кто убил их любимых, мстят за себя всем, кого они могут поймать. И это порождает еще больше ненависти, еще больше жажды мести, и цикл продолжает раскручиваться.
Мерлин Этроуз был ПИКА, созданием из сплавов и молициркона, волоконной оптики и электронов, а не из плоти и крови. Он больше не подчинялся биохимии человечества, больше не был пленником адреналина и других физиологических проявлений гнева и эволюционного программирования «сражайся или беги». И все это не имело ни малейшего значения, когда он столкнулся с пылающей внутри него ненавистью и своей неспособностью проникнуть в далекий Храм в городе Зион.
Если бы я только мог увидеть, что там происходит, — подумал он с оттенком отчаяния. — Если бы я только мог знать, что они делают, о чем думают… планируют. Никто из нас не предвидел этого вовремя, чтобы предупредить Стонара — во всяком случае, ни о чем таком, чего он уже не подозревал сам. Но мы должны были это предвидеть. Мы должны были знать, что подумает такой человек, как Клинтан, и, видит Бог, у нас было достаточно доказательств того, на что он готов пойти!
Во многих отношениях его способность — его и его союзников — видеть так много только усилила и обострила его разочарование из-за того, что он не мог достигнуть Храма. У них было больше информации, чем они могли использовать, особенно когда они не могли позволить никому другому заподозрить, как эта информация попала в их распоряжение, и все же они не могли заглянуть в единственное место на всей планете, которое им больше всего нужно было увидеть.
Но на самом деле Мерлин Этроуз желал не «видений Зиона», и он это знал. Чего он хотел, так это на одно, мимолетное мгновение привлечь Жаспара Клинтана и его сотоварищей в свою зону досягаемости, и он хотел этого с такой силой, которая, как он знал, граничила почти с безумием. Он поймал себя на том, что все чаще и чаще думает о коммодоре Пее по мере того, как суровая зима в западном Сиддармарке становилась все более и более жестокой. Коммодор вошел в штаб-квартиру Эрика Лэнгхорна с ядерной микробомбой в жилетном кармане; Мерлин Этроуз мог легко доставить в Зион многомегатонный заряд и уничтожить не просто храмовую четверку, но и весь Храм одним катастрофическим взрывом. Число погибших было бы ужасным, но могло ли это быть хуже того, что, как он наблюдал, дюйм за мучительным дюймом происходило в Сиддармарке? Чем те смерти, которых эта война уже стоила Чарису и его союзникам? Чем смерти, которых это будет стоить в ближайшие месяцы и годы?
И разве это не стоило того, чтобы очистить себя от кровавой вины за то, что он начал это, закончив свою жизнь — если это действительно была жизнь — подобно библейскому Самсону, повергая своих врагов в собственном уничтожении?
О, прекрати это! — резко сказал он себе. — Ты же знаешь, что это был только вопрос времени, когда этот сумасшедший Клинтан натравил бы инквизицию на Чарис даже без твоего вмешательства. И ты действительно хоть на мгновение думаешь, что он когда-нибудь снова остановился бы, попробовав столько крови? Конечно, он бы этого не сделал! Ты можешь быть частично — даже в значительной степени — виноват в том, где и когда началось кровопролитие, но ты не несешь ответственности за то, что уже привело к нему. И без твоего вмешательства Клинтан уже победил бы.
Это было правдой, и в моменты здравомыслия — моменты, когда он не сидел в затемненной комнате, наблюдая за резней, ощущая стоящую за ней ненависть, — он знал, что это правда. Точно так же, как он знал, что Церковь должна быть уничтожена, если человечество собирается пережить свою неизбежную вторую встречу с Гбаба, совершающими геноцид. Но правда… Правда была холодным и горьким хлебом, сдобренным мышьяком и отравленным чувством вины, в такие моменты, как сейчас.