Магазин работает до наступления тьмы
- Автор: Бобылёва Дарья Леонидовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Жанр: Ужасы
Электронная книга - «Магазин работает до наступления тьмы». Краткое содержание книги:
И облезлый саквояж Матильда зачем-то прихватила с собой.
— Насмотрелся? — Она привычно вскинула левую бровь. Ближе к носу среди рыжих волосков белела маленькая, но заметная проплешина. — Идем!
***
Вопреки обещанию Матильды, что все будет быстро, оказалось, что до пресловутого «адреса» надо ехать на метро. До станции оба шли молча, только косились иногда друг на друга, причем каждый был уверен, что делает это незаметно. Славик все острее ощущал отсутствие телефона — пустой нагрудный карман причинял почти физический дискомфорт, ныл, как соленая ямка на месте вырванного зуба. Уже у турникетов в голове вспыхнула отчаянная, но, в общем-то, разумная мысль: послать к черту эту странную работу и эту странную Матильду заодно, вернуться за телефоном и поехать домой…
Матильда бросила в щель жетон, молча подтолкнула Славика к створкам, и тот машинально прошел через турникет.
— У меня есть карта! — вскипел Славик, но Матильда бодро прошагала мимо, и он догнал ее на эскалаторе. — И зачем вы меня все время хватаете?
Примерно в районе слова «зачем» Матильда достала из кармана коробочку с беспроводными наушниками и двумя точными движениями засунула их в уши. Заметив, что она смотрит на него характерным рассеянным взглядом человека, который ничего не слышит, Славик умолк. Какой я терпеливый, подумал он, надо будет потом отдельно это упомянуть — что я необыкновенно терпеливый человек. Матильда тем временем внимательно и равнодушно разглядывала его лицо — так, будто цвет его радужки или форма носа ее интересовали, а вот сам Славик — не особо.
***
В вагоне тоскливое отчаяние отрезанного от соцсетей человека обрушилось на Славика с положенной силой. Пытаясь хоть как-то отвлечься, он изучил всю рекламу под потолком: два банка, один социальный призыв остерегаться карманников, квартиры в новостройках где-то за границами обитаемой вселенной и фильм с актером, который сейчас снимается во всех фильмах, но запомнить его лицо все равно никак не выходит.
Матильда сидела рядом и резалась на телефоне в дурацкую игру «три в ряд». Бровь с проплешиной опять была приподнята, как будто игра тоже вызывала у нее брезгливое недоумение. Славик вдруг мысленно вскипел: до чего же мерзкая баба. Но вот об этом упоминать нельзя, это сексизм и переход на личности.
К счастью, ехать пришлось недолго, и через пару станций, тягостно помолчав на длинном эскалаторе — Матильда опять таращилась на Славика, но тот начал привыкать, — они вынырнули обратно в сырой весенний город.
***
У метро толклись торговки зеленью и лиловолицые попрошайки, все сливалось в шумный разноцветный винегрет. Славик с Матильдой свернули направо, подождали, пока проедет мимо празднично звенящий трамвай с сонно-сосредоточенной вагоновожатой в аквариуме кабины, перешли через пути и углубились в пустынную старую промзону. На углу, словно последняя пограничная вышка суетливой городской цивилизации, мигала вывеской сетевая бургерная.
— Хочешь есть? — неожиданно спросила Матильда.
Славик хотел, и давно. Но сидеть с ней за одним столиком, жевать и торопливо вытирать размазавшийся по губам кетчуп под назойливым изучающим взглядом…
— Нет.
— А вид голодный, — пожала плечами Матильда, и они пошли дальше.
***
Славику уже приходилось бывать в этой заброшенной промзоне, только с другой ее стороны. Улицы здесь напоминали фотографии из далекого прошлого, и лишь кое-где современность наспех подправила их в соответствии со своими требованиями. Никаких стеклянных небоскребов, никаких расширенных тротуаров с пластиковыми деревьями в кадках — петляющие улочки, заброшенные дворы, оплетенные рабицей, словно плющом, небольшие домики. Те, что повыше, красно-кирпичные, а маленькие — всех оттенков желтого, с мезонинами, уцелевшей лепниной и проржавевшими лучами оконных решеток, бегущими из нижнего угла, словно где-то за ним восходит солнце. Иногда на облупившейся стене вырастали коллективные вывески бизнес-центров, где под крышей какого-нибудь бывшего чертежного бюро мирно уживались ателье, студия звукозаписи, флорист и нотариус. В этих охраняемых оазисах кипела малопонятная со стороны деловая жизнь, а здания вокруг были давно заброшены и тихо осыпались, на их крышах росли тоненькие деревца и трава, а внутри селились бездомные. Иногда они разводили костры — дома горели, попадали в новости, и власти вспоминали об этом чудом уцелевшем пятачке настоящих каменных джунглей, а точнее — непролазного каменного леса, с бурьяном, сухостоем и собственной пугливой фауной. Промзону обещали снести, приезжали и кружили вокруг домов всякие специальные люди, иногда что-то даже точечно сносили, но потом все стихало и зарастало одуванчиками, как в настоящем лесу.