Мусор

Перегнувшись через стол и почти окунув грудь в созданную из банки пепельницу, женщина подкурила прямо от столбика пепла Андрюхиной сигареты. Саша внимательно смотрел на её руки, пока она возвращалась в прежнее положение мимо него. Бледные, обветренные с неестественно розовым маникюром с каймой отросших уже длинноватых ногтей. Она не нашла свободного стула и уже попыталась присесть на колени Юрцу, игриво выпятив худой зад, но тот оттолкнул её с пренебрежительным: «Постоишь! Или не отдохнула там за столько времени?». Женщина вполне покорно согласилась с ним и курила стоя, монотонно покачиваясь из стороны в сторону с очень сонным видом.

– А водка откуда? – спросила она, постепенно приходя в себя и фокусируясь на предметах.

– А вот у нас, новенький. Москвич. Он и привёз, – любезно указал на Сашу Андрюха.

Женщина развернулась к нему всем корпусом и наигранно приветливо улыбнулась. У неё не хватало одного зуба прямо по центру челюсти. Нос был длинный, как клюв, а глаза, вокруг которых растекалась пятнами и каплями чёрная подводка, – красивые, голубые.

– Добро пожаловать к нам, – карикатурно протянула она, легонько присаживаясь, словно барышня в реверансе.

Все хором засмеялись, кроме самого Тюрина, который силился понять, как и с кем она здесь оказалась.

– Ты таким всегда рада, да, Галь? – спросил Андрюха.

– А что ж, – улыбнулась и она.

Юрец встал и вышел из дома – видимо, в туалет.

– Ладно, пошли, – вдруг посерьёзнел Андрей. Поднялся с табуретки, подошёл к ней, грубо обхватил сзади за плечи и потащил обратно в комнатку.

– Дай хоть докурить, – визгливо хохотала Галя.

– Любовь у него, не завидуйте, – громко кричал им вслед Артём.

– Заткнись, – злобно оглянулся на него Андрюха, прежде чем скрыться за полосатой шторой.

Музыка закончилась и Дубонос, почёсывая лоб одной ладонью с зажатой между большим и указательным пальцами сигаретой, другой искал новые мелодии в телефоне. В образовавшейся тишине Саша всё же спросил, что это за женщина.

– Местная проститутка, – хмуро ответил Артём, не поднимая глаз от экрана.

– Галька, – дополнил вернувшийся и беззастенчиво застёгивающий молнию штанов на ходу Юрец. – Встретили по дороге, увязалась с нами. За бухло на всё готова! Она не местная, из Парфёново. У неё пару лет назад в пожаре муж и двое детишек сгорели, с тех пор и шлындает тут со всеми. С ума как бы сошла.

Он помолчал, вздохнув.

– Да что-то не похоже, чтоб ты сильно её жалел, когда… – дядь Шура не договорил, мотнув головой в сторону комнатки с закрытой дверью и ехидно рассмеялся гадким беззвучным смешком.