Реактор. Черная быль

Григорий Исаевич открыл неприметную дверь и пригласил московского гостя пройти в комнату отдыха. На стене висел ядовито-зеленого цвета туркменский ковер с портретом Ленина посередине. У вождя были явно азиатские черты лица. Достал из холодильника запотевшую от мороза бутылку нарзана, а из сейфа – пухлую папку с надписью «Совершенно секретно» на обложке.

– Я, уважаемый Гелий Леонидович, имел честь познакомиться с вашим батюшкой и несколько раз с ним, так сказать, приватно беседовать, даже побывал у него на даче. Так вот, у меня сложилось мнение, что Леонид Петрович в высшей степени порядочный человек. Поэтому и с вами я сейчас позволю себе быть откровенным. Скажите, вы ознакомлены, хоть в какой-либо степени, с сутью наших возражений по поводу строительства атомной электростанции под Киевом?

– О том, что такие возражения существуют, слышал, подробности мне ни в малейшей степени неизвестны, да это и не в моей компетенции. Прояви я подобное любопытство, меня бы, мягко говоря, не поняли, – откровенно признался Гелий и пояснил: – Дело в том, что я занимаюсь непосредственно проблемой ядерной энергетики. Это если в общем. А моя тема имеет гораздо более узконаправленную специфику. Ну, скажем так: все мои интересы замыкаются на одном из процессов, происходящих в реакторе. Что же касается строительства будущей станции, то этим ведают совсем другие люди.

– Очень жаль. Тогда, боюсь, разговор у нас получится беспредметный, – огорчился Григорий Исаевич и тут же спрятал секретную папку обратно в сейф. – Ну а раз так, то с деловой частью на сразу и закончим. Но это вовсе не значит, что нам не о чем поговорить. Предлагаю продолжить нашу встречу вечером,у меня на даче. И не вздумайте отказываться. Я не прощу себе, если не угощу сына Леонида Петровича настоящим украинским борщом с пампушками. Машина будет у вас в девятнадцать ноль-ноль. Вы в какой гостинице остановились?