Одна к печали [litres][One for Sorrow]

– Понятно. – Он потирает рыжеватую щетину на лице.

– В последнем подкасте упоминались сороки и татуировка Лолы, это заставило меня задуматься о традиции начала семестра. Я задалась вопросом: как она зародилась?

– Хм, это интересно, Айви. Я и сам об этом думал. Полагаю, я на вашем месте начал бы со школьных архивов в библиотеке.

– Вы же давали интервью для подкаста, правильно? – спешу спросить я, пока он настроен поболтать.

– Да. – Историк осторожно замолкает.

– Ну, а как этот человек… Н… вышел с вами на связь? Если вас не смущает такой вопрос.

Мистер Уиллис вздыхает, но, к моему облегчению, отвечает:

– Сначала по электронной почте. Я предположил, что это журналист, расследующий происшествие. Затем мне позвонили, и мне показалось немного странным то, что голос был изменен, но на самом деле я тогда плохо соображал.

Я чуть прищуриваюсь. Его слова звучат как-то ненатурально.

– Очень надеюсь, вы выясните, кто стоит за этим, – продолжает мистер Уиллис. – Миссис Эббот пригласила меня в свой кабинет сразу после того, как в первом эпизоде прозвучал мой голос. Я сказал ей то же, что и вам сейчас. Я понятия не имел, что это закончится провокационным подкастом, который прогремит на всю школу! Честно говоря, я боюсь, что они пустят в эфир полное интервью.

– Адрес электронной почты, – прерываю его я. – Вы можете дать его мне? Я знаю, вы, наверное, не должны, но у меня есть к ним вопросы, а это, кажется, самый простой способ связаться с ними.

Какое-то мгновение он пристально смотрит на меня, потом поворачивается к компьютеру и открывает окно браузера, его пальцы летают над клавиатурой.