Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]
- Автор: Хмелевская Иоанна
- Серия: Все произведения о пани Иоанне в двух томах #2
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Разные издания
- Переводчик: Вера Сергеевна Селиванова
- Жанр: Иронические детективы
Электронная книга - «Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]». Краткое содержание книги:
1. Свистопляска (Перевод: Вера Селиванова)
2. Две головы и одна нога (Перевод: Вера Селиванова)
3. Золотая муха (Перевод: Вера Селиванова)
4. ТТ, или Трудный труп (Перевод: Вера Селиванова)
5. Бабский мотив (Перевод: Любовь Стоцкая)
6. Убойная марка (Перевод: Вера Селиванова)
7. Кот в мешке (Перевод: Вера Селиванова)
8. Убить меня (Перевод: Вера Селиванова)
9. Зажигалка (без указания переводчика)
10. Бледная Холера (Перевод: Сергей Соколов)
11. Смерть пиявкам! (Перевод: Вера Селиванова)
12. Похищение на бис (Перевод: Нина Селиванова)
13. Бычки в томате (Перевод: Нина Селиванова)
14. Чисто конкретное убийство (Перевод: Любовь Стоцкая)
— И где же пани его видела?
— В отеле «Мариотт», номер 2328, — мрачно произнесла я. — Аккурат над моей подругой Анитой.
— И что он там делал?
— Ничего не делал. Лежал.
Инспектор Блонский даже бровью не повёл, ни один мускул не дрогнул на его каменном лице античного божества! Прежним ровным голосом без тени эмоций забросал меня вопросами:
— В каком смысле лежал? Где лежал? Спал? Извольте выразиться яснее.
Ох, как хотелось таким же бесстрастным голосом, передразнивая его, ответить краткими протокольными фразами, но побоялась, что Марта опять не выдержит.
— Ну ладно, он лежал на полу в том номере. Мёртвый.
— Что?!
— Я, кажется, выражаюсь яснее некуда, хотя и через силу. Мёртвый лежал на полу.
— Когда вы его видели там на полу? Во сколько? В восемнадцать часов?
— Незадолго до восемнадцати.
— Вы видели на полу номера 2328 мёртвого Пташинского в районе восемнадцати? Я вас правильно понял?
— Точно. А если ещё точнее — без четверти восемнадцать, потому что именно на это время договорилась с Анитой, а я никогда не опаздываю. В номер я вошла по ошибке, просто лифт остановился этажом выше. И он там лежал навзничь на полу абсолютно мёртвый. По-моему, застреленный. Лицом вверх, так что я могла его хорошенько рассмотреть.
Вот теперь его вроде проняло, во всяком случае в гранитном монументе что-то шевельнулось и на лице промелькнули самые что ни на есть человеческие чувства. Ошарашенность? Просто удивление? Недоверие? Заинтересованность? Пожалуй, всего понемногу, ну совсем малость, кот наплакал, однако мы с Мартой обе заметили.
Мне велели ещё раз все повторить, не торопясь и в подробностях, и снова уточнили время. Опять же по желанию прекрасного Цезаря я вынуждена была привести веские доводы в пользу того, что тип на полу был наверняка мёртвым. Когда я перечислила все «за», Марте пришлось ещё раз сбегать в кухню за пивом.
Майор Цезарь Блонский вдруг перестал торопиться, в мёртвого Котю он вцепился, как репей в собачий хвост. А я решила выложить все как есть, — в конце концов, у Аниты датское подданство, ничего ей не сделают. Ну, вызовут в датскую полицию, Анита охотно расскажет о варшавском трупе, тем дело и кончится.
Все сразу напрочь позабыли о каком-то Стефане Трупском.
— А потом Пташинского убрали из номера, — продолжала я рассказывать. — От Аниты узнала, она позвонила мне по телефону уже из Дании. По её словам, около половины двенадцатого она видела двух сильных бугаев, которые волокли Котю в лифт, выдавая его труп за мертвецки пьяного кореша. Моя подруга Анита — отличный журналист, ей до всего есть дело, и она ничего не боится. Она тут же спустилась следом за ними в гостиничный подземный гараж и успела заметить выехавшие из гаража две машины, не сразу обе, а по отдельности, и у меня есть их номера. Мартуся, ты где их записала?
Ну и началось. Стол мой всегда завален бумагами, это скорее рабочий стол, а не стол для гостей. Пришлось нам с Мартой просматривать каждый клочок, пока желанная информация не обнаружилась на квитанции банковского поручения, я потом эту операцию провернула по телефону, так что квитанция осталась у меня. Я много чего успела на ней записать: и новый номер телефона Марты Клубович, и телефоны переводчиков Диккенса в пятидесятые и семидесятые годы, и ещё что-то. Продиктовав полицейскому номера, я честно предупредила, что это ещё ни о чем не говорит, могут быть совсем посторонние машины, интуиция иногда Аниту подводит.
Записав последние данные, Цезарий Блонский позволил себе о чем-то поразмышлять, причём даже сдвинул брови, и наконец задал неожиданный вопрос:
— Пани абсолютно уверена в правдивости того, о чем мне только что рассказала?
— Железно!
— А почему вы сразу не известили полицию?
— Так я ж вам говорила — жутко торопилась, опаздывала на встречу с Анитой. Ох, извините, вам я сказала другое — собственным глазам не поверила, в истерику впала, на нервной почве. Обычное дело — такое увидеть не всякая женщина выдержит. Хорошо, что ещё в обморок не шлёпнулась. Я так смертельно испугалась! А потом почему? Да потому, что этот Пташинский сразу вылетел из головы, как только за работу уселась. Неужели пан полагает, что той нервотрёпки мне мало, надо было несколько дней мучиться? Ещё чего, не такая уж светлая личность этот покойник, чтобы я из-за него долго убивалась. Я бы вам ещё кое-что рассказала, но при условии…
Мне подумалось, раз уж Марта присутствует при моем допросе, мы могли бы с ней одним махом разделаться и со вторым трупом, а заодно и Доминика вызволить, чтобы больше не отягощал мою совесть. А может, при оказии и разузнать ещё о чем-нибудь.