Вся пани Иоанна. Том 2 [компиляция]

Марта окончательно расстроилась:

— Слушай, мы же не ставим перед собой задачу исправлять мир! А кто потребовал труп? Уж никак не я.

— Вот и покажем, что насилие всячески осуждаем, это деяние преступное, а не похвальное. К тому же наш убийца будет наказан.

— Знаешь, я больше не могу! Ведь в принципе не пью, а как только прихожу к тебе — лишь пиво и спасает. Из-за тебя алкоголичкой стану!

— Пивоголичкой. Ничего, окажешься в хорошей компании, вся Скандинавия того же придерживается.

— Утешила! Нет уж, постарайся сдержать свои эмоции и считаться с рейтингом популярности наших передач. Ты же понимаешь, что их качество во многом определяется вкусами телезрителя?

— Знаешь, я все же нашего зрителя больше уважала, — мрачно отозвалась я. — Что ж, ошиблась. К тому же вкусы людей надо воспитывать, а не катиться по наклонной. Я бы на вашем месте… о, в данном случае на своём месте! Раз уж я добралась до телевидения, попытаюсь показать, что сама дешёвая популярность вредна и ведёт к деморализации…

— Чьей?! Нашего общества?

— Не только, телевидения тоже, это же очевидно.

— Иоанна, мы хотели делать сериал для людей, а не готовить документацию для суда!

В чем-то она права, холера! Чтобы немного остыть, принесла и себе банку пива и пожаловалась:

— Вот ведь не везёт! Как только попытаюсь доступными мне средствами что-то сделать для людей, ну, скажем, привлечь внимание, пусть скандальным образом, к нашим отечественным свинствам, сразу находятся охотники ставить палки в колёса. Я же не стану выдвигать своей кандидатуры в президенты, на улицу тоже не выйду с транспарантами! Знаешь, эти транспаранты дьявольски тяжёлые. Ну да ладно, успокойся. Ограничимся махинациями меньшего калибра, как-то свяжем их с любовными чувствами, это ведь дозволяется? Вот и договорились. Если же ненароком у меня всплывёт какое-то серьёзное преступление… спокойно! — обещаю тебе, непременно сделаю так, чтобы корни его уходили в коммунистическое прошлое. Черт, ну никак не могу вспомнить, как же настоящая фамилия этого Палека!