Сократические сочинения
- Автор: Ксенофонт
- Год: 1935
- Язык: русский
- Переводчик: Сергей Иванович Соболевский
- Жанр: Античная литература
Электронная книга - «Сократические сочинения». Краткое содержание книги:
(37) — Так вот ты какой друг мне, Сократ! — воскликнул Критобул. — Если у меня самого есть какое свойство, пригодное для приобретения друзей, ты готов помогать мне, а если нет, то сочинить в мою пользу ничего не захочешь?
—А чем, — спросил Сократ, — я могу, по-твоему, больше пользы принести тебе, Критобул, — если буду лживо расхваливать тебя, или если буду внушать тебе, чтобы ты старался быть хорошим человеком? (38) Если так это тебе не ясно, то суди на основании вот каких соображений. Представь себе, что я захотел бы подружить тебя с каким-нибудь владельцем корабля и стал бы лживо расхваливать тебя, будто ты — хороший кормчий, а он поверил бы мне и отдал бы корабль в распоряжение тебе, не умеющему править рулем: есть у тебя какая надежда, что ты не погубишь и себя и корабль? Или представь себе такой случай из общественной жизни: я стал бы лгать гражданам и убедил бы их отдать государство в распоряжение тебе как выдающемуся полководцу, судье и государственному деятелю: как ты думаешь, что ты наделал бы и себе самому и государству? Или представь себе случай из частной жизни: я стал бы лгать гражданам и убедил бы некоторых отдать имущество в распоряжение тебе как опытному и заботливому хозяину: разве не оказалось бы при таком опыте, что ты — человек вредный, и разве не попал бы ты в смешное положение? (39) Нет, Критобул, самый короткий, безопасный и честный путь — это стараться быть хорошим в той области, в которой хочешь казаться хорошим. Когда подумаешь о тех качествах, которые у людей называются добродетелью, то найдешь, что все они развиваются путем изучения и упражнения. Так, по моему мнению, Критобул, нам и следует [упражняться в добродетелях][102]; а если ты думаешь как-нибудь иначе, объясни.
Тут Критобул сказал:
—Нет, Сократ, мне совестно было бы возражать против этого: мои возражения были бы и низки и противны истине.
Глава 7
[Разговор с Аристархом о помощи друзьям]
(1) Также и в затруднительных обстоятельствах друзей Сократ старался быть полезен им: если они происходили от незнания, он подавал им совет; если от бедности, учил их оказывать друг другу посильную помощь. Расскажу, что знаю о нем также и в этой области.
Однажды Сократ увидал Аристарха[103] в мрачном настроении духа и сказал:
—Должно быть, у тебя тяжело на душе, Аристарх: отдай часть этой тяжести друзьям: может быть, и мы сколько-нибудь тебя облегчим.
(2) Тут Аристарх сказал:
—Да, Сократ, я — в очень затруднительном положении. Когда у нас в городе началось восстание[104] и многие бежали в Пирей, ко мне сошлись покинутые сестры, племянницы, двоюродные сестры, и столько их собралось, что теперь у меня в доме одних свободных[105] четырнадцать человек. А доходов нет у нас никаких — ни от земли, потому что она в руках противной партии, ни от домов, потому что в городе народа мало. Домашних вещей никто не покупает; занять денег негде: скорее, кажется, на дороге найдешь, чем получишь взаймы. Тяжело, Сократ, смотреть на смерть родных, но и прокормить столько человек при таких обстоятельствах невозможно.
(3) Выслушав это, Сократ сказал:
—Что же за причина, что Керамон, который содержит много людей, может не только добывать и себе и им средства к жизни, но еще столько у него остается, что он даже нажил состояние, а ты оттого, что содержишь много людей, боишься, как бы вам всем не умереть от недостатка средств?
—Потому что, клянусь Зевсом, — отвечал Аристарх, — он содержит рабов, а я — свободных.
(4) — Кто же, по-твоему, лучше, — спросил Сократ, — свободные у тебя или рабы у Керамона?
—Я думаю, — отвечал он, — свободные у меня.
—Так разве это не срам, — сказал Сократ, — что он благодаря худшим живет в богатстве, а ты с гораздо лучшими — в бедности?
—Да, клянусь Зевсом, — отвечал Аристарх, — он ведь содержит ремесленников, а я людей, получивших воспитание свободных граждан.
(5) — Так ремесленники — это люди, умеющие делать что-нибудь полезное? — спросил Сократ.
—Конечно, — отвечал Аристарх.
—Мука — полезная вещь?
—Очень даже.
—А печеный хлеб?
—Нисколько не хуже.
—А плащи мужские и женские, рубашки, солдатские накидки, рабочие блузы? — спросил Сократ.
—И это все — очень полезные вещи, — отвечал Аристарх.
—Неужели твои ничего этого не умеют делать? — спросил Сократ.
(6) — Нет, все умеют, думаю[106].
—Разве ты не знаешь, что одним таким занятием, приготовлением муки, Навсикид не только себя со слугами может прокормить, но сверх того и множество свиней и коров, и столько у него еще остается, что он и в пользу города может часто исполнять разные литургии[107]; а печением хлеба Киреб содержит весь дом и живет великолепно; Демей из Коллита работает солдатские накидки, Менон — тонкие платья, а огромное большинство мегарцев — рабочие блузы, и на это все они живут, — разве ты этого не знаешь?
102
Слова в квадратных скобках являются конъектурой издателей, поскольку в рукописи здесь пропуск. (Прим. И. И. Маханькова).
103
Аристарх и упоминаемые далее Керамон, Навсикид, Киреб, Демей, Менон — лица неизвестные.
104
Дата этого разговора относится к 403 году. После взятия Афин спартанцами в 404 году, что положило конец многолетней Пелопоннесской войне, в Афинах было установлено олигархическое правление Тридцати. Тираны действовали жестоко; против них возникла оппозиция. Многие демократы бежали или были изгнаны из Афин и нашли себе приют за пределами Аттики, например в Мегарах, в Халкиде на острове Эвбее и особенно в Фивах. Во главе их стал Фрасибул. Им удалось овладеть пограничной горной крепостью Фила и образовать там центр, куда стекались все недовольные. Вскоре дело дошло до вооруженного столкновения. Несмотря на численный перевес олигархов, противники их без труда овладели сначала холмом Мунихией, господствовавшим над Пиреем, а затем и самим Пиреем (порт в 6 км от Афин с гаванью Фалер). Во время битвы погиб сам Критий, глава олигархической партии. Таким образом, в ту пору в Аттике были как бы два лагеря, две партии — «Городская» и «Пирейская». К этому времени и относится описываемое в этой главе положение дел. Аристарх, как видно, принадлежал к Городской партии; его свойственники, мужья его сестры, племянниц, двоюродных сестер, примкнули к Пирейской партии. Доходы у Аристарха от земли прекратились, потому что вся Аттика, кроме Афин и Элевсина, была в руках Пирейской партии.
105
Т. е. не считая рабов.
106
Даже и в богатых домах дочери обучались кулинарному искусству, пряже, тканью, чтобы в будущем, ставши хозяйками, они могли смотреть за работами служанок: все нужное по части пищи и одежды порядочный дом должен был производить сам. Так, в «Домострое» (7, 6) Исхомах рассказывает Сократу, что его жена, придя к нему из родительского дома, умела сделать плащ из шерсти, которую ей дадут, и видала, как раздают пряжу служанкам. Хлебопекарни и ткацкие мастерские, упоминаемые в нашем месте, работали, вероятно, только на бедных людей и на рабов, занятых в других мастерских.
107
Вместо постоянного подоходного налога в Афинах были натуральные повинности — «литургии». Главные виды литургий были: снаряжение военного корабля (триеры), снаряжение хора для драматического представления или музыкального состязания («хорегия») и устройство гимнастических игр. Отправлять литургии было обязанностью богатых граждан и метеков (см. примеч. 2 к гл. 2 «Домостроя»). Всякий гражданин, которому казалась обременительной или неправильно наложенной та или другая литургия, мог предложить ее более богатому и в случае отказа последнего имел право потребовать от него поменяться имуществом. Подробнее об этом см. примеч. 2 к гл. 2 «Домостроя».