Медальон

– Теперь вам будет лучше, дальше дело за травматологом, – улыбаясь сквозь слезы, шепотом сказала спящей женщине Аня. – Я только попробую…

Она коснулась обвисшей худой руки, на пальцах которой был выполнен аккуратный французский маникюр. Ладони были счесаны об асфальт, но не забинтованы. Аня закрыла глаза.

Ей нужно было спешить. С большим трудом она нашла в палате простой карандаш и написала с его помощью на крышке больничной прикроватной тумбочки номер машины. Если бы могла, то написала бы еще модель и марку, но плохо разбиралась в них.

Она вышла из палаты.

Если бы кто-то решил пересматривать камеры наблюдения реанимационного отделения, то он был не заметил ничего необычного, кроме того, что одна из пациенток достаточно живо снует от двери к двери. Но ведь это больница. Никто не умер загадочной смертью, никого не убили, а значит и не за чем пересматривать записи. Ну, подумаешь, что вдруг большинству стало лучше? Подумаешь, что молодая женщина, которая только что потеряла ребенка и чудом не погибла сама под колесами неизвестного автомобиля, умудрилась нашкарябать карандашом номер машины, которая ее сбила! Подумаешь, трехлетний ребенок с тяжелейшей пневмонией, родители-алкоголики которого поняли, что дело неладное, лишь когда горячая девочка стала синеть и задыхаться у них на глазах, вдруг не только пошел на поправку, но и на ломаном детском языке попросил доктора не отдавать его маме и папе. Что с того, что мальчишка-подросток, насмотревшись видео в интернете об отчаянных экстремалях, которые уже давно не предупреждают, что их трюки не следует выполнять неподготовленным детям, прыгнул с крыши заброшенного детского сада, в надежде приземлиться на соседнюю полуразрушенную стену, в следствии чего эта же стена на него и обрушилась, наградив его открытым переломом черепа, сломанной челюстью, переломами обеих кистей и стоп, в добавок вдавив в его правую почку кусок арматуры, торчавшей из обломков плиты…что с того, что пацан перестал мочиться кровью, да еще и пришел в себя, позволяя нейрохирургу, собиравшему его непутевую голову, принять благодарности от опухших от слез родителей? Абсолютно нет ничего удивительного и в том, что мужчина, который случайно откусил кусок спелого, сладкого, сочного персика, не заметив на нем пчелы, которая незамедлительно всадила свое жало в основание его языка, чем вызвала жуткий отек горла, гортани, языка, не давая человеку сделать ни вдох, ни выдох, пришел в себя, обнаружив в своем горле дырку и торчащую из нее трубку, но не обнаружив ни единого признака аллергического отека. И даже не удивительно, что он в тот день твердо решил для себя больше никогда не есть персики. Что в этом такого?