От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны
- Автор: Чубарьян Александр Оганович
- Серия: История Европы. #5
- Год: 2000
- Язык: русский
- Год: НАУКА
- ISBN: 5-02-010082-Х
- Жанр: История
Электронная книга - «От французской революции конца XVIII века до Первой Мировой Войны». Краткое содержание книги:
Для историков, широкого круга читателей.
К моменту вступления на престол 37-летний Александр II уже не был новичком в государственных делах. Тщательно продуманы были и первые шаги его правительства, разрядившие удушливую атмосферу последних лет николаевского царствования: окончание неудачной и непопулярной в народе войны, амнистия декабристам, петрашевцам и участникам польского восстания 1830 г., ослабление цензурного режима, поощрение общественной инициативы и т. д. Но главное заключалось в том, что Александр II решил сдвинуть с мертвой точки решение самого больного вопроса — вопроса о судьбе 23 млн крепостных «душ», продолжавших находиться в полурабской зависимости от своих господ.
Несмотря на поражение в Крымской войне, рост крестьянских волнений и усиление оппозиционных настроений в либеральной среде, было бы преувеличением считать, что Россия уже стояла в то время на грани национальной катастрофы. Однако Александр II решил действовать на опережение событий и уже в марте 1856 г. заявил, что лучше освободить крестьян «сверху», чем ждать, когда это произойдет «снизу». Прекрасно зная о крепостнических настроениях большинства помещиков и не желая вступать с ними в открытую конфронтацию, император инициировал в 1857 г. выступление дворянства трех литовских губерний, выразивших готовность освободить своих крестьян (правда, без земли). После этого в 1858 г. началось создание губернских комитетов по крестьянскому делу, призванных выявить точки зрения различных групп дворянства на условия освобождения крестьян. Затем в Петербурге был образован Главный комитет по крестьянскому делу, а в начале 1859 г. — Редакционные комиссии из представителей различных правительственных ведомств и экспертов, готовивших для царя итоговые документы по этому важнейшему тогда вопросу.
Подготовка будущих реформ объединила вокруг Александра II целую группу прогрессивных государственных и общественных деятелей, противостоящих консерваторам. В нее входили брат царя великий князь Константин Николаевич, великая княгиня Елена Павловна, связанный в молодости с декабристами, но затем предавший их генерал Я. И. Ростовцев, крупный правительственный чиновник Н. А. Милютин и его брат, будущий военный министр Д. А. Милютин, славянофилы Ю. Ф. Самарин и князь В. А. Черкасский, юрист С. И. Зарудный, ученые П. П. Семенов (будущий Тян-Шанский), Н. Х. Бунге и др., представлявшие придворные, бюрократические и общественные круги. При этом обращает на себя внимание отсутствие в команде реформаторов представителей торгово-промышленных кругов, которые должны были получить от отмены крепостного права наиболее осязаемые выгоды, но еще не играли в тот период сколько-нибудь заметной роли в общественно-политической жизни России.
Впервые в истории России крестьянский вопрос стал предметом гласного обсуждения и был вынесен в 1858 г. на страницы печати. Выяснилось, что чем плодороднее земля в том или ином регионе, тем меньше ее готовы уступить крестьянам помещики, и притом по более дорогой цене. Довольно популярен был в дворянской среде и вариант безземельного освобождения крестьян. С другой стороны, разночинная демократическая общественность в лице Н. Г. Чернышевского настаивала на том, что выкуп на землю в идеале должен быть «равен нулю», а дать ее крестьянам нужно как можно больше. Не считая революцию единственным средством решения всех вопросов, Чернышевский и его единомышленники из леворадикальных кругов вместе с тем не зарекались от применения насилия и призывов «к топору», если правительство обманет ожидания народа. Что касается А. И. Герцена, находившегося в то время в политической эмиграции и издававшего вместе с Н. П. Огаревым в Лондоне газету «Колокол», которая доходила и до российских правительственных сфер, то он был безусловным сторонником освобождения крестьян с землей, но возлагал на царя гораздо больше надежд, чем Чернышевский, питая при этом явное отвращение к революционному экстремизму.