Потому что ты любишь ненавидеть меня: 13 злодейских сказок [Антология]

Крыша прекрасна ночью, битумная черепица сверкает так, что и представить нельзя. Путь эльфов, которым следовал Джим, пока я следовала за ним. Сначала мы пересекли новый корпус над спальнями и оказались на деревянном, покрытом мхом гонте старой школы.

Джим во время этой петли через крыши ощущал себя абсолютно комфортно и легко. Я старалась как могла, понимала, что это не моя стихия, но очень хотела, чтобы эта высота, тени и волшебная дорога принадлежали в том числе и мне.

Когда Джим наконец остановился, я по гнезду в водосточном желобе и по очертанию живой изгороди внизу определила, что мы находимся над нашим уголком в библиотеке.

Джим, мерцавший в лунном свете, повернулся ко мне:

– Давай посидим на краю.

В тоне приказ, но в протянутой мне руке – вопрос, и я ответила на него, вложив свою ладонь в его. Пальцы оказались сильными, но холодными, как поверхность ледника.

Джим сел сам и помог мне устроиться так, чтобы мои ноги болтались над маячившей внизу изгородью. Нашей изгородью, которая, несмотря на все усилия садовников, продолжала расти каждый день.

Глядя назад, я понимаю, что это была ужасная глупость – сидеть на самом краю. Только в тот момент у меня в крови полыхал вид на провал, рухнув в который, я переломала бы себе кости, плюс коктейль из гормонов и медиаторов. В мозгу. В сердце.

Это была одна из тех вещей, которых я никогда не делала, так что все мысли, разум и дарвиновский здравый смысл оказались заслонены той бурей света и молний, что бушевала у меня в груди.

Я думала... Джим подвинется ко мне. Еще ближе. Коснется...

Он этого не сделал. Между нами раскинулась пропасть в два фута.

Сложив руки на груди, он лег на спину, и принялся раскачивать ногами так, что черепица заскрипела. Ветер промчался над нами, сырой под влиянием того, что могло бы сойти за зиму в наших местах, несущий аромат земли и вчерашнего дождя, листьев, что гниют под дубами.

Никаких морозов. Лишь жизнь, дающая начало другой жизни.

– У тебя теплые ладони, Холмс, – сказал Джим в конце концов, и я поняла, что собственные руки он сжал в кулаки. Чтобы удержать мое тепло... хотелось бы верить.

– У тебя холодные. Ты не думал насчет перчаток?

Он не рассмеялся, как я ожидала.

Этой ночью он оказался слишком погружен в собственные мысли.

Чтобы скрыть неловкость, что породила новую горячую волну на моих щеках, я скопировала его позу и тоже легла на спину. Обняла себя за плечи и уставилась в небо.

Тепло покинуло мое лицо так же быстро, как и появилось, и я мгновенно осознала, почему Джим оставил пространство между нами.

Когда ты убираешь невозможное, то что осталось, что бы ни осталось, должно быть истиной. Должно быть тем, что реально, и в этот момент я нуждалась в расстоянии между нами, чтобы почувствовать это.

Мне ужасно жаль, Джин. Я понимаю, что все это звучит так непохоже на меня... Но именно поэтому я и должна все тебе рассказать... разве ты не видишь? Никогда ранее я не ощущала ничего похожего. Ни до, ни после. Никакой наркотик не дает такого эффекта. Никакое приключение или виртуальная реальность.