Волчий пастырь. Том 1 [СИ]

Кайден только что впервые поступил не как полное ничтожество; не как порченый, или сивый волк, как его называли вполголоса в салонах и среди своих тесных компаний. Поступил как человек Чести… если он, конечно, и в этот раз не соврал – похолодило ужасом спину девушки.

Ужасом не только от того, что она боялась личного унижения. Судьба Великого Дома Альба, в котором не осталось ни одного владеющего мужчины – зависит сейчас только от нее. Ей уже восемнадцать, самая пора рассматривать женихов. Еще можно протянуть год, два, но дальше – если не будет объявлена помолвка, не только общество не поймет промедления, но и палата лордов начнет откровенно давить на нее. А инструментов давления у палаты лордов на марионеточный Великий Дом (Алисия всегда была честна сама с собой) предостаточно.

Но жених из любых остальных шести фамилий Великих Домов – путь к тому, что она, как Альба, потеряет последнюю иллюзию власти в фамилии, фактически передавая бразды правления в сферу чужих интересов.

Единственный, в теории, способ вернуть крупицы независимости и, возможно, даже тень былого величия – получить себе или сестрам в мужья Кайдена Доминика Альба, вернуть его в семью. Вернуть независимость и влияние не сразу, конечно, это вопрос долгого пути. Вопрос, который недавно сам Кайден и закрыл, унизив ее на малом приеме – Алисия в тот вечер, не справившись с позором, наложила на себя руки. И только богиня-покровительница удержала ее в этом мире, показавшись в последний момент и помешав свести счеты с жизнью.

Если же Кайден сейчас (снова) отвергнет ее предложение, репутация теперь не только ее лично, но и всей фамилии будет официально растоптана, а Альба станут не просто марионеточной фамилией, а официальным посмешищем – с кристально-чистой ясностью поняла Алисия.

Но богиня недвусмысленно повелела ей вернуться к Кайдену и к нему повернуться… Вспомнив, как именно велела богиня, и вспомнив как именно в видении ей пришлось поворачиваться, Алисия покраснела до самых кончиков ушей. Ступив на площадку арены, не поднимая глаз на замершего в удивлении Кайдена, юная герцогиня двинулась вперед и обошла массивное тело Бланшфора.

Шаг, еще один. Достаточно.

Алисия старалась сохранять внешнюю невозмутимость. Но внутри у нее все обрывалось, щеки горели огнем, а сердце колотилось в горле. Вознеся короткую просьбу-молитву богине – прося только лишь о том, чтобы голос не подвел, юная герцогиня, глава марионеточного Великого Дома заговорила. Чувствуя, как дрожит ее голос:

– Мой дорогой брат. Рада, что ты смог преодолеть соблазны юности и признать собственные ошибки. Когда ты полностью отдашь долг служения защите нашего мира, двери нашего Дома будут для тебя гостеприимно открыты.

Кайден, внимательно глядя на Алисию, молчал.

И молчал. И смотрел, и молчал.

Дура, какая же она дура! – подкатил к горлу ком. За что ей такое унижение? Почему богиня отправила ее сюда? Или она не просто не так поняла богиню?