Связанные проклятием

****

Ранней осенью дни ещё сохраняют остатки летнего тепла, но с закатом в свои законные права вступает прохлада. Её не совсем холод, но уже кусает и без кофты или лёгкой курточки на улицу так просто не выйдешь.

Гости покидали особняк Ровье неспешным шумным потоком. Хмельные от вина, они не сразу замечали прохладу вечера. Женский смех перекрывался мужскими голосами и ржанием лошадей, запряжённых в экипажи, которых напугал звук подъезжающих рамбилей. Многие из сегодняшних визитёров могли себе позволить такое средство передвижение, но мало кто действительно им пользовался.

Рамбили очень дороги в обслуживании, ведь для их передвижения используется кристалл, на подобии световика, напитанный магической энергией, которую надо регулярно восполнять, как и любое топливо. Но с тех пор, как магия покинула лесной край, такая процедура стала затратнее самого рамбиля. Несколько таких машин состояли на службе у Жандармерии, но напиткой их кристаллов занимались фейри, служащие там. Те немногие из волшебных народов, кому сняли наручи.

Затягивая волосы в хвост, Лотти смотрела на этот помпезный уход. Светлые брови её чуть сдвинулись к переносице, мерцание садовых фонариков, освещающих подъездную дорожку, отражалось бликами в серых глазах.

Она успела сменить торжественный наряд на простые серые штаны, плотно обтягивающие ноги, но не стесняющие движение, высокие мягкие сапожки на молнии и тёплый свитер.

Дверь комнаты тихо приотворилась и заглянула Майами.

Ты готова?

Лотти кивнула и вышла в пустой коридор в след за нимфой. Ворс ковра, устилавшего коридор, поглощал звуки их шагов, и они скользили бесшумно, словно две тени. Все световики в доме были притушены, только в зале, где вёлся приём ярко сияли газовые лампы.

По боковой лестнице, которой чаще пользовались слуги они спустились на первый этаж и направились к садовой двери. Из расположенной в подвальных комнатах кухни доносились голоса поваров и звон посуды. Когда они закончат убирать после вечера, начнутся приготовления к завтраку. Кухня никогда не спит, ведь там готовят не только на хозяев, но и для слуг, а это без малого около полусотни человек.

Вдохнув поглубже, Лотти почувствовала аромат корицы и теста. Видимо, повар задумал испечь к завтраку улитки с корицей. Вот бы и изюм добавил. Она мечтательно прикрыла глаза, уже ощущая вкус лакомства на языке, представляя как откусывает тёплые, только из печи слоёные завитки, нежно пахнущие корицей.

Шарлотта! позвала Майами, стоящая уже у двери в сад, Чего ты там замерла, идём.

Лотти бегом пересекла последний отрезок коридора и вышла в след за ней в сад.

Извини, мне показалось, на кухне собираются печь коричных улиток, задумалась.

Нимфа улыбнулась.

Да, твои любимые, я знаю. У тебя есть на завтра планы?

Лотти пожала плечами.

У меня нет, но Анисья и Рейна могут потащить куда-нибудь. Им ведь нужны декорации, ты же знаешь.

Да, знаю, вздохнула Майами и пробормотала, Всё-таки это неправильно.

Они пресекли цветущий сад. Вокруг простиралось море всевозможных цветов. Яркие астры, нежные лилия, от запаха которых чуть кружилась голова, цветастые ирисы, причудливые лианы вигны с полураспустившимися цветами, мутовчатые соцветия котовника из небольших цветков белого и синего оттенка тихо шелестели в свете садовых гирлянд. Лотти широко улыбнулась, вспомнив, как Триша каталась на спине, опьянённая запахом котовника. Кошка вилась вокруг грядки, словно змея и мурлыкала не переставая, а на все попытки увести её от растения реагировала диким шипением. На локте у Лотти даже шрам остался, так яростно сопротивлялась Триша.