До встречи в Бомбее [Meet Me in Bombay]

— Увольнение было моим единственным правильным шагом.

— Вы служили в индийской армии? — продолжала она. В Индии почти не было британских военных частей. Почти все британские офицеры находились здесь для того, чтобы командовать сипаями.

— Да, — сказал Люк.

— Значит, вы говорите на урду?

— Приходится.

Мэдди кивнула. Она это знала. В отличие от других колоний, индийские военнослужащие не обязаны были знать английский, несмотря на то что командование было британским.

— Но ваша работа по-прежнему связана с армией?

— Не напрямую. Уже на протяжении пяти лет я работаю на Уайтхолл. Но меня попросили заняться этим проектом.

— В чем его суть?

— Секретный проект, — Люк стряхнул пепел, — и довольно интересный.

Пришло время ему сменить тему, и он попросил Мэдди рассказать, чем она занималась, пока его не было.

У нее был соблазн и дальше расспрашивать про его работу, но она остановила себя. Было ясно, что ему не хочется надолго останавливаться на этом вопросе, а Мэдди не собиралась задавать такие вопросы, от которых Люк чувствовал бы себя неуютно. Ей уже хотелось лишь одного — сделать его счастливым.

Поэтому она ответила:

— Изучала окрестности. Благодаря вам.

И поведала ему, какое удовольствие получила от чтения путеводителя, посмеялась над своей неудавшейся поездкой на рынок специй и рассказала, как вместо рынка побывала в мечети.

— Не уверен, что когда-нибудь слышал о ней, — заметил Люк.

— Не думаю, что о ней вообще кто-то слышал, — с сожалением сказала Мэдди.

— Но в конце концов вы побывали на рынке специй?

— Побывала, — ответила Мэдди, сообразив, что сигарета закончилась. Она потушила ее и продолжила рассказывать, как сама себе поразилась, когда решилась на долгие путешествия, о детях на дарге, о переполненных трамваях, о количестве денег, которые потратила впустую, привлекая себе в сообщники Ахмеда.

— А вам никогда не было страшно? — спросил Люк. — Я надеюсь, что нет.

— Ни разу, — ответила Мэдди.

— Хорошо, — одобрительно сказал Люк, туша сигарету, — это замечательно.

Он рассказал ей больше о своих путешествиях: о годах, проведенных в Бомбее, о впечатлениях от тех мест, где она тоже побывала, и от тех, где ей еще не доводилось побывать. Люк описал ей место на побережье неподалеку, где каждый год примерно в это время в полнолуние из яиц вылупляются черепахи.

— Вот бы посмотреть на это, — сказала Мэдди.

— Да, — ответил Люк и улыбнулся так, будто тоже хотел, чтобы она увидела это зрелище.

Позади них играл джаз. Знойный воздух внезапно пронзили взрывы смеха и крики, напомнив Мэдди о клубе и тех, кто там еще веселился. Она и думать забыла обо всем этом. Пока Люк рассказывал, она разглядывала его лицо, ловила каждое движение, чувствовала исходящую от него энергию и ответную пульсацию, возникавшую внутри. С каждой минутой ей все сильнее хотелось протянуть руки и коснуться его. Люк склонялся все ближе, чувствуя то же самое. Их отделяло друг от друга почти незаметное расстояние — одно движение, и не станет даже его.