Науа-Ацтек. Книга вторая

Но Освальд считал, что продумал всё. Впрочем, время покажет…

//Сутки спустя, там же//

Сотрудники ОсКорп вскрыли основание печи и начали извлечение, теоретически, готовой продукции.

Прожжённый уголь, имеющий матовый оттенок, был представлен существенно меньшими кусками, нежели те, которые изначально закладывались.

Где-то до середины печи всё было нормально, а затем пошло что-то непригодное и трухлявое. Примечательно, что именно при прогорании верхних участков, печь тухла и приходилось, частично, разбирать её стенки, чтобы возобновить процесс. Бесовщина и мракобесие, конечно, но это был их первый раз.

— Остальное — брак, — констатировал Освальд. — Выгрести всё к чертям, а затем произвести новую закладку.

— Будет сделано, босс, — кивнул Ирепан. — Мы получили, что хотели?

— Да, — ответил ему Освальд. — Вроде бы. Грузите на телегу.

Сотрудники быстро перекидали продукцию печи в телегу, которую Освальд сразу же повёл к кузнечным мастерским.

— И чего это? — со скептицизмом посмотрел на новый уголь Давид.

— Есть свободная печь? — спросил Освальд.

— А, это тот уголь, про который ты говорил? — кузнец поморщился. — Все печи заняты, у нас полно работы.

— Ты возьми килограмм двадцать, — попросил его Освальд. — Температуру горения посмотри и вообще испытай.

— Ну… — Давид явно не горел желанием тратить время на бесполезные эксперименты. — Ладно. Посмотрю, что за уголь у тебя получился.

Пришлось везти телегу к Платову, который за это время поставил три горна, за которыми усердно вкалывали его сыновья и он сам.

Освальд, несколько раз видевший, как ведёт работу Платов, уже не сомневался, что обработка булата — это настоящее искусство.

За всё прошедшее время, Платов сделал всего две сабли, но Хуицилихуитл был доволен и таким результатом, ведь он прекрасно понимал, что это не медь и не бронза, даже не паршивое железо, выдаваемое Давидом в рекордных, по европейским меркам, объёмах.

Вообще, Давид гнал объёмы такого поганого металла потому, что у него была вполне конкретная задача — больше стали и железа. В Европе так никто не работает, более того, мастера сочли бы это за оскорбление своей профессии — гнать, по большей части, металл заведомо плохого качества.

Знаковым событием прошедших дней было то, что, в конце августа, прибыли берберы. Они привезли ещё триста человек, потенциально пригодных для использования в народном хозяйстве Метцтитлана.

Среди них было трое подмастерьев сельского кузнеца, сам сельский кузнец, квалификацией не превышающий навыков Давида, несколько землемеров, а также разного рода ткачи и иные ремесленники.

Ос заметил, что раньше берберские пираты привозили качественных специалистов, а сейчас, почти что, случайных людей.

Отправив Альваро переговорить с капитаном берберов, Освальд узнал в итоге, что специалистов сейчас в Европе берегут, так как их осталось очень мало. Эпидемия гриппа, которая, на обратном пути, зацепила самих берберов, убивает всех одинаково, а разного калибра специалистов в Европе всегда было немного и удар эпидемии по ним был гораздо ощутимее, чем по тем же крестьянам.