Успенский мост

На ногу, за которую дёрнул громила, наступать совсем не получалось, любое движение теперь отдавалось болью, пронизывающей каждую клеточку от пальцев до таза. Копчик тоже как будто превратился в острый нож, при каждом шаге запускавший режущий столб боли вверх по позвоночнику.

Подтягивая больную ногу, Лика кое-как доковыляла до развилки. Всякая чувствительность, кроме жгучей боли исчезла, так что Лика, устав бороться, присела на здоровой ноге, вытянув больную, и легла на бок прямо в тающий апрельский снег.

Тонкие форменные брюки мигом пропитались мёрзлой жижей. Тающие льдинки забрались под куртку, обжигающий ледяной бисер скользил по пояснице, а по лицу катились горячие капельки слёз.

Темнеющее серое небо сливалось со снегом, покрывающим раскинувшиеся вокруг поля. Мгла сгущалась, граница неба и земли потихоньку тонула в наползающей тьме. Ни звука не доносилось с бескрайнего поля.

Пальцы покраснели и начинали неметь. Глядя на посиневшие ногти, которые так и не отросли, Лика чувствовала, как кожу лица стягивает льдом от замерзающих слёз. Ещё раз всхлипнув, она заставила себя сесть, подобралась и с трудом, стараясь не опираться на больную ногу, всё же встала.

Наверное, стоило вернуться в санаторий. То есть, не то чтобы стоило, просто больше пойти некуда – до дома далеко, связи нет. «Черноречье» теперь – самый ближний объект с крышей, теплом и едой. И там её хоть кто-то, может быть, немного ждёт. Наверное. Кому-то же нужно пылесосить ковры в коридорах.

Выпрямив затёкшую спину и снова ощутив боль в копчике, Лика, прихрамывая пошла прочь от элитного посёлка. Только не в сторону санатория, а дальше по дороге. Поначалу сама не понимала, почему свернула на развилке в другую сторону. Ведь она, пусть к утру, но доковыляла бы до своего места работы. Наверное. Но нет – насквозь промокшая, замёрзшая, так что зубы стучали, уходит прочь.

– Да потому что лучше замёрзнуть где-нибудь в чистом поле, чем возвращаться в это дурацкое место с психами-постояльцами и таким же персоналом, – пробормотала Лика себе под нос.

Размытое пятно солнца, что путешествовало по небу, совсем истончилось и пропало. Небо стало быстро темнеть, поле из белёсого стремительно превращалось в бурое. Где-то внутри тлела надежда, что всё-таки есть шанс, пусть и призрачный, встретить хоть кого-то адекватного в этом жутком месте. Кого-то на машине. Кто поможет добраться до Добромыслова. И денег не возьмёт. Хотя нет, это уж слишком.

Дорога сделала плавный изгиб, и Лика обнаружила, что добралась до речушки, о которой успела забыть, потому что та текла в низине и полностью скрывалась за ещё не растаявшими сугробами. Пройдя ещё несколько метров, Лика рассмотрела мост, дугой соединяющий два берега. Старый, наверное, совсем древний, мост состоял из мощной каменной кладки и образовывал полукруглую арку, так что вкупе с отражением в тёмной воде получался идеально ровный круг.