Вдоль горячего асфальта
- Автор: Ушаков Николай Николаевич
- Год: 1965
- Язык: русский
- Год: Молодая гвардия
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Вдоль горячего асфальта». Краткое содержание книги:
Действие романа охватывает шестьдесят лет XX века.
Перед читателем проходят картины жизни России дореволюционной и нашей — обновленной революцией Родины.
События развертываются как на разных ее концах, так и за рубежом.
Совсем не Овидий этот представитель Трикотажки, не скажите, — в будущем он лауреат Государственной премии.
А вот студент-политехник — лет через сорок назовут его классиком родной литературы, пока же недавний сельский хлопчик грызет интеграл, шагает в Сахарный, теперь Индустриальный, институт — красноармейские ботинки зашнурованы проводом полевого телефона.
Вся его биография — вторжение в радость, хождение же по мукам осталось позади вместе с дядей Андреем.
Ровесник молодых, Павлик тоже здесь.
— Дорогой товарищ Гедзь, сказуемое должно быть согласовано с подлежащим в роде и числе. А где здесь сказуемое:
— Павло, ты Павло, раз ты так здорово согласуешь всякие там слова, напиши нам об этой надежде благородной и о цветке на камне…
Павлик ведет в рабкоровском клубе занятия по грамматике, читает рефераты о рабах Рима и об Анри Барбюсе, вместе со своими слушателями посещает публичные лекции по электросварке и теории относительности, и вот — газеты от 24 июля, от 1 сентября, праздничная от 7 ноября и траурная январская со статьями Павлика, но нескоро, очень нескоро — лишь на старости лет — догадается Павлик, что его крестный отец на поприще лирического публициста не кто иной, как добрейший Гедзь.
Он опять принес заметку «Охрана труда, ты спишь»… С п и ш ь — сказуемое, т ы — подлежащее, а что же тогда о х р а н а т р у д а?
Автор мог бы развивать значительные темы, например: «Шатура и Волховстрой», «Костя Сквернавец и академия генерального штаба» или же такую — «Социальные корни мечты», однако начнет о регистрации разлук.
Когда дядя-профессор покинул этот мир, тетя Аня поставила на могиле тяжелый крест с терновым венком, хотя умер доктор юридических наук, как и жил, легко: прочел — «иной не откажется урвать часть делового дня, чтобы прилечь под сенью плодовых деревьев», и Гораций выпал у него из рук.
Пятницкого врача — Михаила Васильевича замучила болезнь почек. Иродиада Митрофановна ухаживала как могла: «Я принесла горячей воды, побрейтесь, Михаил Васильевич, вам будет легче».
Павлик провел с отцом последние дни. Уезжая, он впервые поцеловал Иродиаде Митрофановне руку.
Бабушки же умирают, но не сдаются. Увлекаемая новой экономической политикой, Агафья Емельяновна пыталась в губернском масштабе жарить биточки и в республиканском — мариновать огурцы. Да руки как крюки и глаза отнюдь не бирюза, и бабушка предпочла перейти в тот мир, где не так уж нужны ее котлеты и корнишоны.
Очень грустно, но Фрося, мама Варя и папа-географ сделали свое дело и могут уйти. А в сущности, что сделал папа-географ? Научил Машеньку давать ясные ответы на темные вопросы — не мало ли? Впрочем, он старательно дул на энциклопедический одуванчик, принимая разлетавшиеся слабенькие парашютики за могучие семена разумного, доброго, вечного.
С Семеном Семеновичем мы еще встретимся и постоянно будем встречаться с Костей, а если не встречаться, то узнавать о его продвижении по службе.
Анна Васильевна все еще держится прямо, и это говорит о ее жизнеспособности.
Что же касается Павлика и Машеньки, то они бессмертны. И не оттого, что самонадеянный автор рассчитывает увидеть их имена в учебнике изящной словесности, просто потому, что без них тут же пришлось бы поставить точку. Автор, кроме того, заготовил оптимистическую концовку и не последует за полным, с «апатическим лицом, задумчивыми, будто сонными, глазами» литератором прошлого века, не кончит дорогой могилкой, не скажет «слезы так и текут… помяни, господи, его душеньку во царствии своем»[9].
Автор покажет жизнь в цвету.
Машенька и Павлик, нет, Павлик и Машенька, конечно, Павлик впереди, а Машенька за ним, пройдут вдоль горячего асфальта новой дороги, и автор оставит героев в то мгновение, когда их счастливая звезда разгорится наиболее ярко.
Анна Васильевна преподает уже не в начальной школе, а в торгово-дипломатическом техникуме, и занимается со студентами дома. К Анне Васильевне приходит и серьезная девушка — Машенька. Павлик обратил внимание на ее глаза, но прячется за ширмой, где у спартанского ложа на стуле Павликовы трактаты и заполняющийся пометками о зачетах матрикул.
Тетя Аня давно решила — ей пора умирать, да все некогда, а тут выпали три праздничных дня подряд. Тетя Аня, не имея чем распорядиться, легла в постель, а Павлика послала к правозаступнику и заодно к врачу.
Павлик испугался.
9
Так рисует себя и кончает роман автор «Обломова» — И. А. Гончаров.