Брак как произведение искусства
- Автор: Кристева Юлия, Соллерс Филипп
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: РИПОЛ классик
- ISBN: 978-5-386-14358-9
- Переводчик: Н. В. Баландина
- Жанр: Психология
Электронная книга - «Брак как произведение искусства». Краткое содержание книги:
В диалогах Кристевой и Соллерса брак предстает как неисчерпаемый ресурс для взаимопомощи и партнерства, а также как поле для интеллектуальных состязаний. Дискуссия между супругами, которая длится вот уже несколько десятилетий, и легла в основу этой книги.
Б.Б.: «Любовь к другому» не избавляет нас от того, чтобы жить как чужие, несхожие между собой люди, а наоборот?
Ю.К.: Чужая, непохожая на других? Я сразу поняла, что мое поведение в любви должно быть сродни военной тактике. Намного позже я узнала, что «моя» святая Тереза Авильская думала так же. «Я с тобой не согласна»: идет ли речь о Китае, о котором Филипп упоминал, воспользовавшись своей необъятной культурной памятью, способной решать проблемы финансового мира и конфуцианского чиновничества; или о гуманизме, который он язвительно называет неопределенным учением, иронизируя над моей немыслимой затеей восстановить его посредством переоценки религиозного наследия… Можете себе представить, какие вспышки гнева случаются у нас обоих в такого рода драках с виду абстрактных… Что не отменяет существующих между нами разногласий, касающихся наших знакомств, выборов, медийных личностей и тому подобного. Однако четко обозначенные позиции в конце концов гармонизируются, при этом никогда не уничтожая друг друга.
Потому, что долгосрочная любовь, о которой я веду речь, в сущности является продолжением войны полов с использованием других средств — взаимности, зависимости, привязанности, желания… И прощение находит в ней свое место, которое не есть стирание враждебности-агрессивности-ненависти, но их «интерпретация», если можно употребить этот «психоаналитический» термин, которые в повседневной жизни принимают форму кларификации — повторение предпосылок, осмысление границ, такт, смех и… тишина!
Я говорю о любви, которая включает в себя переход через невозможное — ни отрицание, ни принятие. Слово «тишина», по-моему, вполне применимо к области любовной алхимии. Погодите, сейчас я прочитаю вам на эту тему небольшой отрывок романа «Волшебные часы» («L’Horloge enchantee»), который я недавно закончила:
«Вы когда-нибудь ощущали абсолютную тишину, которая опускается на Землю перед закатом? Ее способно уловить без помех лишь ухо, внимательное к глубинному излучению, испускаемому людьми. Когда два человека слышат это излучение внутри себя, друг в друге и в окружающем мире, образуется то, что называют парой, в непостижимом значении этого слова. Никому другому туда нет входа. В этот момент мы стали подобием пары — он и я».
Вот так. Спасибо. А если эта тишина кажется невыносимой, если ее нельзя услышать — поскольку ее нужно не выносить, но слышать, сопровождать и даже видеть…
Б.Б.: Не бояться ее…
Ю.К.: Именно — не бояться ее. Если эта гармония тишины отсутствует, ничего не происходит. Так что соединение одной тишины с другой — вот в чем заключается секрет композиции.
Ф.С.: Это и есть музыка!
Ю.К.: После этого в психическом пространстве, созданном таким образом между двумя людьми, могут занять место движения, действия, которые, будучи интимными, все же имеют социальный смысл — это к слову о фрагментированном обществе, о котором вы упоминали, дорогая Бернадетт. Ответственность, единомыслие, забота, дружба… становятся более ясными и осознанными: между нами или в отношениях с близкими, коллегами, друзьями, в гражданской активности. Не забываю я и о родительстве, которому отводится центральное место: воспитание нашего сына Давида, его первые навыки в жизни, его образование, его влюбленности, его зрелость… Глубинное испытание любовью распространяется на все эти многочисленные аспекты «совместной жизни», как сегодня выражаются. А вы знаете, к чему приводит эта распространяющаяся глубина любви? К творчеству, к работе, к действиям… Творчество, работа, действия… Вот и все. Это ясно.
В конечном счете вы вывели меня из глубин к поверхности, я заметила, что говорю вам о любви, отличающейся от любовной игры, которая обретается рядом с любовной химерой, скажем так, в интеллекте или полноте любви — там, куда то, что мы именуем «любовью», не всегда имеет доступ. Как же тогда это назвать? Мне приходит на ум замечание «моей» Терезы: «Невозможно освободиться от демонов, не освободившись от Бога, то есть от любви». Что ж, возможно, преступления и методы современной эпохи побуждают нас к тому, чтобы мы боролись с демонами, подвергали переоценке божественное и, не освобождаясь от любви, освобождали любовь, до бесконечности. К тому, чтобы стать местом, в котором это бесконечное освобождение обретает форму и смысл.