Влюбляясь в твой призрак (ЛП)

хожу, чем я люблю заниматься в свободное время и так далее. С другой стороны, кажется, обо мне

она знает практически все. Она искренне заинтересована, и мне тоже хочется узнать о ней побольше.

75

— Мы с Зейном вместе учились, — говорит Дженна, толкая его рукой. Он улыбается, но

ничего не говорит.— Он всегда был самым горячим парнем в школе, а я — лишь унылой девушкой,

которая вечно таскалась за ним повсюду. А теперь посмотрите на него…

— Он настоящая заноза в заднице, — вставляет Зейн. — Уверен, что Виолетт согласится с

этим.

— Соглашусь, — говорю я спокойно.

Дженна смеется, заправляя свои длинные волосы за ухо.

— Это точно. Этот парень привык получать все, что пожелает.

— Ну, не все, — напряженный взгляд Зейна останавливается на мне. — Во всяком случае,

пока.

Мы смотрим друг на друга на протяжении бесконечно долгих секунд. Почему постоянно

находясь рядом с ним, я чувствую в себе смесь сокрушительного удовольствия и парящей боли?

Интенсивность моих чувств к нему пугает меня, и еще то, как он смотрит на меня сейчас… как будто

он читает мои мысли.

Прикосновение к моему бедру выводит меня из транса, навеянного Зейном.

Я смотрю на Джеки и сбрасываю его руку. Он улыбается мне щербатой улыбкой в ответ. Я

игнорирую его.

— Дженна, — говорю я. — Ты живешь в Лос-Анджелесе?

— Нет, на самом деле я приехала на несколько дней навестить своих друзей, потом я вернусь

в старый добрый Нью-Йоркский университет. Хотя, возможно, я бы рассмотрела предложение

вернуться обратно, если бы у меня появилась возможность поплескаться в джакузи Зейна всю ночь,

как мы любили делать это раньше.

Она улыбается ему, а меня начинает тошнить.

Что?!

Снова скидывая блуждающую руку Джеки с себя, я спрашиваю сдавленным голосом:

— Ты живешь у Зейна? — я даже не смею смотреть в его сторону.

— Да. Ведь он лучший! Ты бы так завидовала, если бы знала, какая мягкая у него кровать.

Его кровать? О Боже.

Я чувствую, как кровь отхлынула от моего лица. Я, наконец, смотрю на Зейна, не в состоянии

пошевелиться или что-то сказать.

Он замечает мое страдальческое выражение лица, и его глаза расширяются.

— Джен. Ты даешь Виолетт неправильное представление о ситуации.

— Да? — Дженна хмурится и поворачивается ко мне. Она, кажется, мысленно воспроизводит

свои слова. Наконец, она вздыхает.

— О нет, это не похоже на то, как звучит! Я имела в виду его кровать в гостевой комнате!

Извини! Между нами ничего нет. И не было.

Я не знаю, что думать или говорить, так что просто молчу. Есть большая вероятность того,

что я разрыдаюсь прямо сейчас.

Онемевшая, я отодвигаю руку Джеки со своего колена.

— Виолетт, — говорит нежно, но серьезно Зейн. — Мы просто друзья, клянусь.

— Да, — присоединяется Дженна. Ее большие зеленые глаза вдруг начинают сиять. — Кроме

того, я знаю, что Зейн просто сходит с ума по одной горячей штучке, имя которой созвучно с

цветком.

Я пораженно смотрю на Зейна. Надежда опасливо расцветает у меня груди.

Он смотрит вниз на стол, слегка качая головой.

— Спасибо тебе, Дженна. Когда ты уже уедешь домой?

Она только смеется.

— Ох, взбодрись, Зейн. Я делаю тебе одолжение. А если серьезно, вам двоим нужно

поговорить и во всем разобраться.

Я слабо улыбаюсь ей.

— Если сначала мы не поубиваем друг друга.

— Да, он может производить такой эффект на людей.

— Ты правда злоупотребляешь гостеприимством.

— Эй, — говорит Дженна. — Это же ты настаивал на том, чтобы я встретилась с ней.

76

— Да, и это была дурацкая идея. — Внезапно Зейн наклоняется через стол. — Прикоснешься

к ней еще раз, и я сломаю тебе руку.

Сначала я в шоке, потому что думаю, что он говорит это мне, но затем чувствую, как рука

медленно сползает с моей ноги.

Глаза Джеки широко раскрыты в панике, когда он замечает выражение лица Зейна,

наполненное обещанием суровой расправы.

Ого. Возможно, пытаться заставить его ревновать — это не очень хорошая идея.

К концу ужина Джеки шепчет мне на ухо, что мы больше не можем видеться, и оперативно

отказывается идти со мной на танцы. Потом, убедившись, что Зейн не смотрит, он просит меня

сфотографироваться с ним. Я позирую с самой глупой улыбкой на лице.

Но он все равно фотографирует меня!

Ну, не думаю, что он направляет камеру мне в лицо. Упс.

Сразу после ужина, я отлучаюсь в ванную. Кажется, у меня начались месячные (рановато!), и

я права. Блин.

После того, как я привела себя в порядок, я спускаюсь вниз, решив найти Зейна и извиниться

перед ним. Мне все еще больно думать, что другие девушки клеются к нему, но, думаю, что это

нереально, ожидать от него, что он будет отталкивать их от себя со скучающим выражением лица.

Внизу я сталкиваюсь с мамой. Она сразу же спрашивает меня, правда ли я встречаюсь с

первокурсником.

Я закатываю глаза.

— Нет, это было большое недоразумение.