Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

На расчищенный клочок пола лег извлеченный из фуин труп. Ему на грудь маг пристроил печать с душой джашинита. Покойник, судя по протектору, остался еще из запасов, набранных в Кумо. Главным его достоинством было отсутствие повреждений необходимых для речи органов и частей тела. Осколок, засевший в затылке мертвеца, некроманта не волновал.

Артефакт активировался без каких-либо проблем, послушно исторгнув пленника, мигом угодившего в сети Урожая душ. Варкастер мог собой обоснованно гордиться — созданная в страшной спешке, печать сработала с первой попытки. Душа, трепещущая в хватке заклинания, не думала распадаться, что оказалось бы неизбежно в случае провала.

Дальнейшее уже не представляло сложности. Минута сосредоточенности, еще пара хоть и изощренных, но давно проверенных заклятий, и слепо глядевшие в потолок мертвые глаза заворочались, подчиняясь подселенному в труп джашиниту.

Варкастер молча наблюдал, ожидая, пока пленный осознает свое положение. Заклятье не наделяло душу полной властью над временным пристанищем. Удерживаемой силой некроманта, ей давалось ровно столько контроля, чтобы отвечать на вопросы. Да и перепутать ощущение собственного живого тела с чужим мертвым едва ли было возможно. Но перейти к допросу маг не успел.

Мертвец закричал.

Несколько минут некромант вслушивался в монотонный вой, пытаясь разобрать в нем хоть что-то осмысленное, но не преуспел. Джашинит выл на одной ноте. Выл, словно духовая труба, к которой неизвестный шутник приделал кожаные мехи.

Крик оборвался так же неожиданно, как и начался — маг забрал у пленника власть над мертвыми легкими. Что-то явно пошло не так, и предстояло разобраться, что именно. В иных обстоятельствах он бы не стал возиться, но эта душа скрывала слишком ценные знания.

Устроившись поудобнее, Варкастер прикрыл глаза, концентрируясь.

Некромант покинул ставшую допросной кладовку далеко за полночь, вновь спрятав в печати душу и труп. И хотя дело удалось сдвинуть с мертвой точки, результаты не вызывали ничего, кроме раздражения.

Джашинит сошел с ума. Из бессвязного лепета и сбивчивой мольбы, когда удалось все же достучаться до ошметков рассудка пленного, стало понятно, что Печать душ обладала примерно теми же побочными эффектами, что и Печать шиноби. Двух недель, прошедших с момента захвата, ивовцу хватило, чтобы бесповоротно повредиться разумом. Единственным плюсом можно было счесть полную готовность пленного к сотрудничеству — страх перед Печатью стал центром мироздания для остатков личности шиноби.