Шиноби Мрачного Рассвета [не закончено]

Увидев молчаливый кивок Ульгрима, Мию оглянулась и понизила голос:

— С Джираей-саном все плохо, его до сих пор держат в коме. Сенсей одна не справляется с лечением, просто чакры не хватает. Так что лучшие ирьенины сейчас им занимаются, мы же затыкаем дыры, беря более простые случаи.

— Что там случилось, знаешь? — так же понизив голос, уточнил Ульгрим.

— Нет, — покачала головой Мию, — не было времени расспрашивать. Но у Джираи серьезные ожоги и повреждена чакросистема. В довершение он попал в какую-то гравитационную технику, похоже, уже не контролируя ситуацию — говорят, у него половина костей сломана. Какаши-сан тоже попался, но хоть как-то мог ей противостоять.

— Сломал только четверть костей? — хмуро сострил Ульгрим.

— Примерно, — без улыбки кивнула Мию, — и позвоночник.

— Вот биджу!

— Не все так страшно, — успокаивающе вскинула руку ирьенин. — Сенджу-сама была в том же бою и оказала первую помощь. Жизни Какаши-сана ничего не угрожает, да и все шансы полностью восстановиться у него есть. Ладно, — спохватилась Мию, — мне пора бежать.

— Гравитация может стать проблемой, — счел нужным заметить Варкастер, проводив взглядом спешащую куноичи. — Нет гарантии, что я смогу эффективно компенсировать воздействие на прах. А я рассчитывал на него, как основное оружие под Провозвестником.

— Помню, — мрачно отозвался Ульгрим. — Из нематериальных атак остается еще Волна смерти?

— Серьезным противникам она дает слишком большое время реакции. К тому же ее площадь поражения не всегда уместна.

— Значит, будешь использовать Одержимость и Стрелу рока, — недовольно ответил Ульгрим, вновь направляясь к палате, где лежал Какаши.

— Это плохой вариант.

— Да, — вздохнул мечник, — но что делать?

Войдя в палату, они обнаружили Хатаке в двух экземплярах — теневой клон скармливал лежащему на койке оригиналу нарезанное мелкими дольками яблоко. Сам джонин выглядел не лучшим образом: хотя раны уже подзажили, по его лицу еще можно было угадать пару-тройку столкновений со скалами; роскошная серебристая шевелюра сменилась бинтами, скрывающими лоб по самые брови; обе руки оказались упрятаны в гипс и вывешены на растяжках. Под легкой простыней угадывались угловатые контуры фиксирующих тело приспособлений.

— Хм-а, привет, — Какаши приветственно пошевелил пальцами, торчащими из гипса, — как прошел отход?

Вопреки обстоятельствам, голос шиноби звучал довольно бодро.

— Как по маслу, — ответил Ульгрим, поздоровавшись и подвигая к кровати табурет, — Ивовцев не видели даже в бинокль. У вас, сенсей, я смотрю, дела обернулись куда хуже...

— Да уж, не самая удачная операция в моей жизни. Поломался немного, как видите.

— Ага, почти незаметно, — согласно покивал мечник.

— Хм... — закатил глаза Хатаке, — приятно знать, что в мире есть неизменные вещи. Твой скверный юморок, к примеру.