Иные земли [litres]

– Очень хорошо. – Павел потер руки. – Тогда, прошу, садись и…

Не дослушав до конца, Саша порывисто подошла к столу, села напротив Анле и протянула руки к ее рукам.

Их пальцы переплелись, и тут же глаза Саши закатились так сильно, что стали видны белки. Лицо побледнело. На виске ритмично забилась голубоватая жилка. Анле, в отличие от Саши, смотрела прямо перед собой, но при этом явно видела что-то, что было недоступно остальным в комнате. Зрачки метались, и радужка глаз как будто стала желтоватой, как у кошки или лесного зверя.

Минуты тянулись мучительно – вдвойне мучительно от того, что Кая сама не знала, чего ждет, а еще от того, что за этим столом сидела Саша, а не она сама.

Шиповник, пришедший вместе с Сашей, так и буравил Каю хмурым взглядом.

Кая не выдержала, отвела взгляд первой. У нее чесалась нога, а наклониться и почесать было неловко – слишком близко к другим она стояла. Кая с досадой подумала, что лучше всего будет просто уйти отсюда – и, если через минуту ничего не произойдет, так она и поступит. Именно тогда, когда она приняла это решение, Анле вдруг шевельнулась и отняла у Саши правую руку – рывком, как будто обожглась. Сразу вслед за тем рука Анле принялась метаться по столу – вверх, вправо, влево, вниз. Люди вокруг стола напряженно следили за ее движениями, что-то записывали в блокнот.

Единственной, кто оставался равнодушным к происходящему, была Саша. Ее глаза все еще были устремлены в никуда, а рука лежала на столе спокойно, но с напряженно растопыренными пальцами, как мертвый жук. Саша стала еще немного бледнее, и Кая вдруг увидела, как в ее левой ноздре начинает набухать темная капля.

– Эй, – сказала Кая негромко, оборачиваясь к Павлу. – Так и должно быть?

Он не откликнулся – кажется, даже не услышал ее, потому что был слишком увлечен, азартно записывая маршруты Сашиной руки. Краем глаза Кая заметила, что он написал: «Лилия. Пес. Юг», а потом перевела взгляд на Сашу. Ее кукольное личико стало белым как бумага, а кровь из носа текла теперь вниз, попадая на губы. Саша как будто не чувствовала щекочущую струйку, и на этот раз Кая заговорила громче:

– Павел. Павел! Посмотрите же, ну.

– Что?.. Ах, ну да. Придется остановиться. – Он говорил с явным сожалением, и Кая подумала, что, не останови она его, ученый увлеченно продолжал бы эксперимент, пока Саша не упала бы замертво.

Двое, подчиняясь команде Павла, с видимым трудом оторвали руки девушек друг от друга – и только тогда Саша пришла в себя – рывком, как будто ныряльщик, вырвавшийся на поверхность в тот миг, когда перестало хватать воздуха. Глубокий вдох – и на ее лицо начали постепенно возвращаться краски, а взгляд приобрел осмысленность. Она вытерла рот и нос тыльной стороной ладони и растерянно уставилась на кровавые пятна перед собой – кровь капала на стол.

– Что это? – пробормотала она, попыталась встать и тут же рухнула обратно.

– О, ничего страшного, Александра, – сказал Павел бодро, протягивая ей не самую чистую с виду тряпицу. – По всей видимости, в этот раз перепад давления оказался слишком резким. Возможно, тебе надо передохнуть. Но немного позже… – Он повернулся к Кае. – Каждая из вас отлично проявила себя в качестве контактера, но пока это мало что нам дало. Символы перемешаны, мы не можем их систематизировать… пока что. Пора объединить усилия… Мы ведь об этом говорили. Как думаешь, Александра, ты сможешь попробовать еще разок прямо сейчас?