Обращенный к небу. Книга 1
- Автор: Ворон Василий
- Серия: Обращенный к небу #1
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Анимедиа
- ISBN: 978-80-7499-373-2
- Жанр: Славянское фэнтези
Электронная книга - «Обращенный к небу. Книга 1». Краткое содержание книги:
О юности Ильи Муромца и его таинственном учителе пойдёт речь в «Обращённом к небу», где сказы переплелись с былинами, а былины – с историей древней Руси, где на Киевском престоле сидел Владимир-князь, по степям шастали хазары с печенегами, а в лесу можно было повстречать не только лихих людей, но и Лешего, а то и самого разбойника Соловья
…Уже после, разбирая по брёвнышку поединок, Илья понял, как именно случилось так, что Ледолом упал столь легко и быстро. Он вспомнил, как его тело увернулось, всего-то чуть отступив в сторону, а рука просто помогла сопернику пойти дальше, аккурат на отставленную ногу Ильи…
А Ледолом тем временем, уже порядком осерчав, норовил залепить Илье кулаком по уху. И снова руки Ильи сами собой сотворили движение, что Вежда именовал красиво да ловко, словно калика с гуслями: «Красавица смотрится в зеркало», чтобы тут же шагнуть вперёд, одновременно проводя удар «золотая звезда в углу». Ледолома развернуло, он качнулся и грузно осел в пыль. Из носа у него потекла кровь.
Притихшая было сельская орава за плетнём взревела, кто в восторге, кто с досады, однако было ясно, что продолжать поединок Ледолому дальше нельзя. Больше удивлённый, нежели раздосадованный, старший брат убрался на избяную завалинку, уступая место младшему, утирая нос поданной матерью тряпицей.
Ломоть, успевший кое-что смекнуть в повадках Ильи, попытался совершить для начала обманное движение. Сказать по правде, и Ломоть, и Ледолом бойцами были тёртыми и, несмотря на свою ширину да тяжесть, в поединке оказывались легки да скоры на руку (правда, в поединке таких же добродушных деревенских увальней, какими были сами). А с таким противником, как Илья, им до сего дня встречаться не приходилось. Илья хоть и уступал им в плечах, но брал не силой, а совсем уж невиданной доселе братьями быстротой и ловкостью. Илья и сам был этим удивлён, и когда Ломоть тоже, как и старший, оказался на земле, задумался, давая привычный ход мыслям. Вмешавшись головой в действо своего тела, он немедленно был за это наказан: споро поднявшийся на ноги Ломоть крепко приложил его по скуле. Зубы Ильи клацнули, он пошатнулся, услыхав в одном ухе протяжный звон, а в другом радостный ор селян, приветствующих удачу земляка.
– Бей муромских! – послышался писк какого-то мальца и вслед за тем шлепок затрещины, коей вразумляли несмышлёныша – негоже так с гостем-то.
Ломоть же, воодушевлённый оплошностью противника, решил продолжить, однако Илья, понявший уже свою ошибку, легко ушёл от двух «крюков», что пытался ему навесить тот. И пошло: Илья просто играл с Ломтём, кружась вокруг него и время от времени поддавая то по загривку, то по мягким местам. Зеваки улюлюкали от удовольствия, не подозревая, что поединок со стороны Ильи давно стал потешным, ненастоящим. Илья, привыкший к грозной собранности Вежды, словно молния готовому поразить его при любой маломальской ошибке и заставляющему быть настороже всегда, тут дал волю чувству безнаказанности, исходившей от смешных потуг Ломтя хоть чуточку дотянуться до него. Он играл с ним, как некогда играл с самим Ильёй степной стрелок. И давно позабыл Илья про тот страшный урок.
Он толкал Ломтя всё ощутимее, проводя удары всё жёстче, распаляясь сам и чувствуя, как распаляется противник, даже не замечающий этих удвоившихся по силе, но всё ещё шуточных ударов. И луна лезла всё выше, заменяя отсвет вечерней зари своим серебряным свечением, и всё меньше разумного расчёта оставалось в голове Ильи.
«…бей наверняка, – говорил Вежда. – Каждый твой удар должен принести противнику такой урон, после которого он не сможет подняться. Воин никогда не бьёт вполсилы. Он всегда намерен одним ударом разделаться с противником…»
Говоря «противник», учитель имел в виду врага. Но перед Ильёй сейчас был не враг, а простодушный деревенский парень, в доме которого Илья нашёл приют на ночь. Но не помнил уже этого Илья, и в какой-то момент между одним ударом сердца и другим время словно остановилось. Он отчётливо увидел открывшееся горло Ломтя, старавшегося дотянуться до него, умело присевшего, услышал тишину, повисшую над двором и торчащими за плетнём селянами, ощутил свет луны, зорко и недобро смотревшей на него сверху, и ещё почувствовал в середине живота жгут, начавший стремительно раскручиваться. И ещё он будто со стороны увидел, как начинает выпрямляться, вставая навстречу Ломтю, и как правая рука идёт снизу вверх прямо в кадык несчастного и уже обречённого парня, превращаясь в «ядовитую змею, выбрасывающую яд». А страшная сила из живота, раскручиваясь всё стремительнее, плавно и невероятно быстро перетекает в руку, готовясь выплеснуться из самых пальцев, и вдруг…