Двух дорог пересеченье (СИ)

— Я, честно говоря, поражён, что Володя решил доверить сына мне, — ответил Михаил, складывая лист обратно в конверт и пряча в карман сюртука. — У него же остались где-то в столице дальние родственники по отцу, покойному Ивану Ивановичу.

— Ох, Миша, да что это за родня такая, которой, видимо, нет дела ни до Владимира, ни до его сына, — вздохнула Наташа. — Ты их хотя бы раз после похорон барона видел? Или, может быть, слышал от Владимира, что они приезжали, интересовались его жизнью? Что-то я таких рассказов ни от тебя, ни от Лизы не припомню.

— Нет, не было такого. Судя по всему, они давно не объявлялись.

— Вот поэтому он, скорее всего, и не захотел доверить им ребенка. Может знает, что Ванечка станет для тех обузой. Кстати, — (Она словно опомнилась.) — надо бы проведать малыша — успокоить его, что папа дома, но пока не может с ним повидаться. Но сперва дождёмся, что скажет доктор о состоянии Владимира. Да… Владимира… Сейчас нет ничего важнее новости, что он выживет!

Михаил внимательно присмотрелся к сестре. И вдруг заметил покрасневшее пятно на щеке.

— Тебя били?

— Так, дали пощёчину, чтобы была посговорчивее, — отмахнулась Натали.

— Ну я им покажу! Мерзавцы! Влепили оплеуху и кому — беззащитной женщине! — процедил Репнин, сжимая руки в кулаки. — Это все твои увечья? Или они поднимали на тебя руку несколько раз?

— Миша, я в порядке, никаких серьёзных травм у меня нет, — принялась утихомиривать его Натали.

— У тебя кровь на платье, — настаивал на своём князь.

— Это кровь Владимира. Не моя.

— А где твоя шляпка? И вообще, меня несколько смущает твой чрезмерно растрёпанный вид.

— Ммм…

Наташа терзалась сомнениями: стоит ли сейчас рассказывать Михаилу обо всём, произошедшем в лесу? Например, о том, что она стреляла из револьвера Кольта. Князь же явно ждал от неё каких-либо разъяснений. Их молчаливую перепалку внезапно прервали. На пороге гостиной возник солдат — один из тех, кто помогал в лесу сторожить разбойников.

— Господин исправник просили передать, что преступники арестованы и доставлены в городскую тюрьму, где пробудут до суда, — отрапортовал посетитель. — А ещё Константин Григорьевич хотели бы допросить княжну Наталью Александровну Репнину и барона Владимира Ивановича Корфа для уточнения всех обстоятельств дела — это возможно?

— Барон Корф без сознания. Сейчас у него доктор, и мы надеемся на благоприятный исход. В любом случае, допрос придётся отложить как минимум до завтра, — ответил за сестру Михаил.

— Передам, Михаил Александрович. Однако, может быть Наталья Александровна смогли бы приехать сегодня в участок? Я готов сопроводить.

— Нет, — сказал князь непреклонно. — Сестра и так многое пережила. Всё завтра.

— Благодарю, Мишель, — откликнулась Натали, как только за гостем закрылась дверь.

Которая тут же опять отворилась. На этот раз показался доктор.

— Ну что там, Илья Петрович? — снова подал голос Миша.

— Я наложил швы на рану. Жить будет, — улыбнулся ободрительно Штерн.

— Слава Богу! — Наташа радостно перекрестилась.

— Владимир Иванович во многом обязан вам своим спасением, — обратился Илья Петрович к Натали. — Если бы вы не перевязали рану в лесу, не обработали её здесь, барон потерял бы много крови.

— Я просто выполнила свой долг, — скромно ответила Репнина, вставая и откладывая одеяло. — К нему можно?

— Можно. Правда, он спит. Видите ли, Владимир пару раз приходил в себя, пока я занимался швами. Знаете ли, крайне болезненная процедура для человека, — пояснил Штерн. — Поэтому мы с Варварой дали ему обезболивающее, а заодно и снотворное снадобье. Довольно барону на сегодня мучений. Да и вообще, сон — лучшее лекарство для восстановления сил. Думаю, очнётся ближе к ночи, может и позднее.

— Что ещё надлежит сделать, когда Владимир Иванович проснётся? — осведомилась Натали.

— Я написал Варе рецепт отвара, который нужно будет давать Владимиру, когда швы начнут его беспокоить. А они, поверьте, начнут, как и само ранение. Ничто не затягивается моментально. Всякой ране нужно время, дабы пройти путь от воспалительного процесса до полного заживления тканей. Поэтому настоятельно рекомендую две недели постельного режима. И если у Владимира Ивановича сегодня или завтра возникнет жар — не пугайтесь. Естественная реакция организма, который борется с недугом.

— Знаю, — кивнула Натали. — Если жар будет слишком сильный, следует сделать прохладный компресс и положить его на голову — больному станет легче. Я позабочусь об этом.

— Вы останетесь в поместье, княжна? — спросил доктор Штерн.

Наташа настороженно поглядела в сторону Миши:

— Думаю на сегодня точно останусь, если брат не станет возражать.

— Это было бы замечательно, — отозвался Илья Петрович, поворачиваясь к князю Репнину. — С Натальей Александровной нам будет гораздо спокойнее за нашего барона, ведь она знает и умеет гораздо больше любого из слуг в этом доме.

— Если вы так считаете, доктор, — пожал плечами Михаил.

— А Варвара будет у княжны на подхвате. Уверен, вместе они отлично сладят, — отрекомендовал Штерн.

— Что ж, в таком случае, не вижу ничего предосудительного в том, чтобы сестра чуточку присмотрела за Владимиром.