Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)
- Автор: Полуночная Мария Koda Aleru
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)». Краткое содержание книги:
— Я даже не буду говорить о нас с Гукки, — Сонг тянет слова, нежно потряхивая сковородкой, — но вот вы, парни, часто вместе спите. И, если уж это не дружба, значит, я чего-то не знаю?
Перепуганный Хосок понимает, что ни от ржущих хёнов, ни от обиженной лиги макнявок (по правде говоря, обижаются они просто за компанию Чимину) помощи ему не ждать. Поэтому выбирает самую лучшую тактику.
Грохается в обморок.
— Мелкая, ты это зря, — Юнги тыкает в трупик на полу носком пушистого розового тапочка (о том, как он их тырил у Сокджина, лучше не вспоминать). — Нам ведь на тренировку сейчас.
— Он через три минуты проснется, не бойся, — девочка ловко связывает кудри в пучок и ставит сковороду на огонь. Где-то Джин подготовил мясо…
— Так это что, не впервые уже? — лидер собирается повозмущаться, но видя ехидные моськи недопарочки макнэ и ведьмы, резко передумывает. Да и ничего плохого с Хоупом не случилось. Пока.
— А потому что не надо на такие темы шутить, — Мина хмурится и обвиняюще тычет пальцем в Намджуна. — Тебя это тоже касается!
Ладно, Чимин действительно от нее в восторге.
Через пару минут Мина бодрым козликом ускакивает вместе с Чонгуком решать тригонометрические задачки, и только тогда Хосок опасливо приоткрывает один глаз.
— Ушла? — интересуется шепотом, и, кажется, обморочным он только притворялся. Чимин только со вздохом кивает и закатывает глаза к потолку.
Почему его хёны такие идиоты?
***
— Хён. Хён, вставай, мне в школу, тебе в колледж. Давай, у тебя сегодня зачет.
Чимин с усилием разлепляет глаза и позволяет Чонгуку за руки вытащить себя из кровати. Идти никуда не хочется, настроение вяло-сонное, еще и макнэ сопит простуженным ежиком — кое-кто слишком много мороженого решил схомячить в одно лицо.
— Ты сегодня хоть спал? — интересуется у Гукки по дороге в ванную, на что тот лишь устало отвечает:
— Я бы очень хотел сейчас поднять бровь в лучших традициях Мина и ответить сарказмом по обыкновению Юнги-хёна, но даже на это у меня сил нет.
Правильно, у младшего же сейчас выпускные экзамены, конец года и поступление, все дела. Даже обычно стойкая и невозмутимая Мина будто посерела от усталости, всё реже сияя короткой улыбкой и изумрудным огнем глаз, а она-то всегда к учебе относилась гораздо более ответственно, чем Чонгук.
На зачете Чимин почти что засыпает, его вовремя растормашивает та самая Шинсон, по поводу которой хёны вчера подкалывали, так что парень краснеет даже кончиками ушей под тихое хихиканье девушки. Всё проходит весьма неплохо, о чем Чимин ответственно рапортует сначала своим биологическим родителям, а потом «приемным», и он даже не может сказать, кто гордится им больше. Наверное, всё же Сокджин-хён на пару с Намджун-хёном.
— Ребята, — Чимин сочно зевает, но всё же договаривает до конца, перебарывая усталость, — а пошли отпразднуем? Еще только один экзамен — и мы свободны!
Одногруппники идею поддерживают, так что через пару минут они уже шумной компанией заседают в небольшом баре недалеко от колледжа. Чимин в это место влюбляется почти сразу: тусклое и мягкое освещение, все изнутри отделано деревом, столы и стулья дубовые, а выпивка вкусная и разнообразная. Большой плюс: вместо привычных и уже наевших оскомину айдольских песенок (да, от них может устать даже сам айдол) здесь играет приятная джазовая музыка, и почему-то все говорят приглушено, еле слышно — и это так классно. Чимин шутит вместе со всеми, смеется, подтрунивает раскрасневшуюся от выпивки старосту, плетет косички Шинсон на пару с другой девушкой, заказывает еще выпить, а потом поесть, и снова выпить — но уже безалкогольные напитки, а то потом домой добираться, и… И как-то так вечер подходит к концу, оставляя после себя только приятные впечатления.
Чимин даже вызывается проводить Шинсон, и нет, он не видит в этом ничего такого, потому что им идти в одну сторону, а еще здесь на части дороги фонари не работают… Ну, и главная причина, вообще-то, в том, что Шинсон умудрилась ушибить ногу прямо при выходе из бара.
— Кто-то слишком много сегодня налегал на выпивку, да? — девушка только хихикает на это, но она абсолютно трезвая — они вместе налегали на всевозможные разновидности коктейлев в последние часа два. Но вот от добродушных подтруниваний в дальнейшем её это не спасет. — А если серьезно: как ты?
— Дома лед приложу, и всё. Это просто ушиб, честно, — Шинсон улыбается мягко и очень старается не сильно опираться на Чимина при ходьбе. — Какие планы на лето?
— Работа? — парень грустно улыбается, но потом веселеет. — А вообще, нам обещали съемки какого-то шоу на берегу моря, так что можно будет совместить приятное с полезным. А если быстро со всем расправимся, то несколько свободных дней менеджеры нам обеспечат.
— Это и правда тяжелый труд, — Шинсон задумчиво тянет гласные и сочувственно гладит Пака по ладони, не замечая, как он от этого содрогается. — Не знаю, смогла ли бы я столько работать, как ты.
— Ну, ты будешь работать в своей отрасли, и это тоже будет трудно, — рационально замечает парень, но тут девушка резко останавливается, прикусывая себя за губу. — В чем дело?
— Если я скажу, — она медленно говорит, будто решается, — что на самом деле не ушибла ногу…
Чимин улыбается. Да уж, с этим она проглупила: притворилась ушибленной рядом с парнем, который получает травмы разной степени серьезности почти каждый день во время тренировок. Кто, как не танцор, поймет подставу?
— В общем, я просто хотела поговорить с тобой без свидетелей, — смущенно заканчивает, — но меня совесть просто загрызла, пока мы эти двести метров шли.
Чимин смеется. Открыто и громко, потому что чёрт, не он один нервничал весь этот вечер и пытался подобрать слова.
Шинсон всё еще не знает, куда деть руки и что сказать, поэтому парень приближается сам, наклоняется как можно ниже и доверительно спрашивает:
— А у тебя есть планы на эти каникулы?
Шинсон в ответ сначала неуверенно, но потом очень счастливо улыбается.
========== 42. Выпускной. ==========
— У них выпускной!
— Хён, не истерии.
За последние два месяца подобное перестало быть чем-то новым в жизни общежития, но если сначала панику разводил Сокджин, то теперь он успокоился и принялся составлять план действий: раз уж их макнэ наконец-то закончил школу, значит, необходимо отпраздновать это в семейном кругу.
Кроме того, неделю назад пришли результаты вступительных экзаменов, и оказалось, что Чонгука приняли в тот университет, куда он подавал документы (а еще в другие 3, куда хёны сами их отправили на всякий случай). Мина же, мелкая заразючка, отмалчивалась на все просьбы и уловки узнать её будущее место учебы, но парни знали — их ведьмочка сдала свои экзамены на самые лучшие балы.
В общем, Сокджин успокоился, и вторым должен бы начать истерики Намджун — как лидер и названный отец семейства, но…
В панику неожиданно для всех, и даже для него самого, впал… Юнги.
Нет, он всё еще был суровым хёном, лепил подзатыльники и время от времени играл в психолога с Намджуном. Вот только во время всего этого грозный репер наглаживал офигевшего от такого хода вещей Люцифера, ну или Чимина, кто под руку первым попал. Мотался нервным многоклеточным телом Юнги где-то с неделю, после его выловил Сокджин с миной я-познал-дзен-и-тебя-заставлю, сунул под нос конспектик, накарябанный обычным карандашом на обороте какого-то архиважного документа, отпоил валерьянкой и усыпил. То есть заставил лечь в кровать и поспать, хотя и первый вариант уже успел прийти в светлые головы всех замахавшихся хёновской истерией.
На следующий день Юнги ответственно изучил конспектик, ужаснулся тому, что его накалякали на обороте какого-то очередного их контракта, снова принялся нервно наглаживать Чимина (Лютик успел сбежать), и в конце концов успокоился.
Ибо Сокджин оказался действительно умным заср… хёном, конечно же, хёном, и успел уже всё подготовить, забронировать и заранее купить. Юнги впечатлился и успокоился.