Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)
- Автор: Полуночная Мария Koda Aleru
- Язык: русский
- Жанр: Фанфик
Электронная книга - «Лаванда, корица и беглые кошки (СИ)». Краткое содержание книги:
Вот только Шугу слегкотца так подзадрало, что на него все смотрят так, будто он бомба замедленного действия и может навредить той хрупкой связи, которое, кажется, наконец начала образовываться между главной парочкой их компании.
Юнги никогда и не отрицал, что ему нравилась Мина не только в качестве младшей сестрички. Да, он вполне оценивал её, как девушку, с которой можно построить отношения, вот только было это лишь один раз и в мечтах.
А потом он понял простую, казалось бы, совсем очевидную вещь.
Эта девочка настолько побита жизнью, что ей не нужен такой же раздолбанный о все руины жизненного пути Юнги. Ей нужен солнечно-цельный Чонгук, ребёнок с золотым сердцем и душой, который не испортился под давлением популярности, как другие молодые айдолы, лишь продолжал работать еще больше и усерднее, только бы услышать заветное «молодец», сказанное с улыбкой на тонких губах.
Юнги давно уже не любит Сонг Мина.
Вот только другие этого не понимают.
***
— Юнги, — Мина приветственно улыбается и протягивает Лютика. — Подержи, пожалуйста, а я ему колючку из лапы вытащу.
— Да без проблем, — кивает и крепко хватает кота, предусмотрительно обездвиживая когтистые лапы. Мина хмыкает заинтересованно, пока обрабатывает лапу, и Юнги почему-то считает себя обязанным объяснить. — Бабушка очень любит кошек, но и живут они у нее на улице, домой только ночевать и есть ходят. Сама понимаешь, то колючки, то клещи, то занозы, и я после нескольких раз искусно расцарапанного лица наловчился их держать.
— Напоминают мне эти кошки кое-кого, — Мина фыркает и наконец дает знак отпускать. Лютик с обиженным мяуканьем скрывается в комнате Чонгука, а Юнги с весельем смотрит на девушку.
— Да, и мне тоже.
Они заливаются смехом, пока рядом не проходит укоризненно смотрящий Хосок.
Юнги тут же теряет всё веселье.
***
Если так пойдет и дальше, Юнги вообще жить на улице начнет.
Он уже в шестой раз за две недели (то есть все те дни, когда приходит Мина) гуляет по ночным улицам.
Даже несгибаемому и невозмутимому пофигисту Юнги бывает неприятно.
Мин знакомым маршрутом доходит к детской площадке и уютно устраивается на качелях. Их ведьмочка сегодня точно останется ночевать: у них с Чонгуком завтра важная контрольная, всю ночь готовиться будут, судя по словам всезнающего Намджуна, так что у Юнги есть реальная перспектива ночевать под открытым небом.
Юнги медленно раскачивается на качелях, напевая что-то из раннего репертуара DBSK, и уже придумывает было вытянуть наушники, когда слышит истошный крик из переулка.
Да, он придурок.
Законы выживания айдолов просты и понятны любому: если слышишь драку — беги, а то тебе личико еще заденут, а ты, парень, его продаешь, вообще-то.
Юнги всегда было на подобные законы глубоко наплевать.
Он добегает к тому месту, кажется, всего за несколько секунд. Быстро оценивает ситуацию: трое громил на субтильного паренька, а дальнейшее решается в парочку мгновений.
Раз: врезать тому, кто парня к стене прижал, в челюсть.
Два: схватить перепуганного мальчонку за руку.
Три: побежать с такой скоростью, что если бы его увидел школьный учитель, влепил бы за физкультуру вполне законное А.
— Стой! Да погоди ты, они уже далеко!
Юнги с облегчением останавливается, отпускает руку спасенного и рывком наклоняется. Легкие от длительного быстрого бега жжет кислотой, паренёк тоже дышит тяжело и склоняется к столбу. Юнги наконец выпрямляется и осматривается вокруг. Неплохо так отбежали, хороших четыре километра, если он не ошибается.
— Чего они от тебя хотели? — Юнги наконец поднимает взгляд…
И застывает.
— А что обычно такие субъекты хотят от нормальных граждан? — мальчишка оказывается вполне себе взрослым, но ужасно миловидным, и Юнги с восторгом смотрит на ямочки на щеках.
А глаза у «нормального гражданина» темно-карие, почти черные. Эдакий голубоволосый бесенок из преисподней…
С ямочками на щеках.
— Слушай, парень, спасибо, — мальчишка улыбается смущенно и протягивает руку. — Ёрин.
— Юнги.
А ладонь теплая. Столько за руку вместе бежали, а Мин только теперь заметил. Пальцы тонкие, но сильные, запястье аккуратно-худое…
— Номер свой не дашь? Угощу как-то выпивкой в благодарность.
Юнги кивает в ответ и, наплевав на все предостережения менеджеров и агентства, дает незнакомцу свой номер. Тот улыбается на прощание, кидает что-то типа «Увидимся!» и заскакивает в автобус.
В квартиру Юнги вваливается в прострации. С ужасом вспоминает тепло ладони, смешливую улыбку и ямочки. Смотрит на вывалившихся в коридор парней, встревоженных грохотом в прихожей, и совершенно ошалевше выдает.
— Пацаны, — все нервно сглатывают, и только Мина с котом на руках ждут продолжения. — Пацаны, походу, я гей.
========== 40. А потом пришел трындец… (2) ==========
Недопонимания — это всегда так весело!
***
— Еще раз, хён, можешь повторить? — Намджун глубокомысленно поправил очки без диоптриев, в которых надеялся выглядеть немного больше похожим на психолога, и ласково улыбнулся нервно икающему от его дружелюбия Юнги. — А то, боюсь, я в очередной раз завис, вспоминая твое заявление.
— Лидер, ты задолбал, — суровый няшечка Мин Юнги, гроза кигуруми и тапочек-оленей закутался в пледик с изображением знаменитой розовой японской кошары и нервно наглаживал Люцифера. На фоне мрачно бухал валерьянку Сокджин, которому неожиданное известие о столь же долгожданной пятьюдесятью процентами фанаток смене ориентации немного подкосило восприятие реальности. Ким Сокджин хоть и был воспитан в лучших корейских традициях, подразумевающих собой типичный гетеросексуальный брак, гомофобом не был, как никто из них.
И Мина. Удивительно спокойная Мина, которая организовала пункт помощи Сокджину, разогнала остальных по комнатам, а сама решила деловито разобраться… с помощью непрошибаемой харизмы Намджуна.
— Говорю же, — в восьмой раз терпеливо, но немного подергивая правым веком, повторил Юнги. — Гуляю я себе, слышу — на кого-то напали. Подхожу, помогаю, сбегаем — а потом всё.
— Всё? — навел уточняющий вопрос Намджун.
— Всё, — согласно кивнул Юнги.
— А этот паренек… голубоволосый, — вдруг вмешивается Мина, нехорошо так щурясь, напоминая притаившуюся кошку, — глаза у него темные?
— Угу.
— И миловидный такой? Черты лица аккуратные, точеные.
— Ага.
— И зовут его Ёрин?
— Откуда узнала? — Юнги хватается за сердце, вдруг зачастившее с бешеной скоростью. — Вы хорошо знакомы? У тебя есть его номер?
Мина, однако, его вопросы игнорирует, только хмурится еще больше, фыркает недовольно и вдруг совершенно спокойно заявляет:
— Я со всем разберусь, Юнги, — а потом тихо шепчет себе под нос. — Но вот же тварь голубая.
- А голубая потому… — рискует спросить о вполне очевидном Намджун, но Мина раздраженно огрызается:
— Потому что апельсин! Где ты в последний раз видел Ёрина?
Юнги описывает место и дорогу, пока ведьмочка в суматошном темпе собирается, бросает вглубь квартиры «Пока, парни!» и вылетает на улицу, забыв захлопнуть все бронированные двери. Намджун обиженно откопыливает нижнюю губу.
— Но апельсины ведь оранжевые…
***
Мина пропала на три дня, отключив телефон и ни разу не заходив в какао, а о школе и вовсе не стоит упоминать. Конечно же, для нее такое поведение весьма типично, но Сокджин всё чаще прикладывался к заветному, но неумолимо пустеющему пызурьку с валерьянкой, а Юнги бился о стены в общежитии, не в силах принять свалившееся на него те же самые три дня озарение.
И вот она нашлась. Просто посреди улицы, попинывая камешки и лениво потягивая кофе из банки, она приветливо помахала переходящему на её сторону дороги Юнги.