Хочу сны. Игра уравнителей

– Спасибо. Надеюсь, это было не сложно?

– Да как будто бы нет.

Переодетая в сухую мужскую рубашку с подвёрнутыми рукавами и спускающуюся до гладких светлых бёдер, Аня вышла из спальни. В руках она держала полотенце, которым «пушила» распущенные волосы. Ньютон отвернулся к окну и принялся внимательно разглядывать фиолетовое небо. Оно нависало и клубилось над чёрной линией горизонта, очертившей острые кроны соснового леса и мутные горы.

– Значит, – заговорила Аня, бросив полотенце на спинку стула. – Теперь у тебя есть комната и тебе больше не придётся бродяжничать, – она подошла к одноконфорочной газовой плитке, поставила на неё полный чайник, зажгла огонь, и повернулась к Ньютону. – Так, когда новоселье?

– Ну, я… – Ньютон потянулся к затылку. – Нужно сначала всё обустроить. Навести порядок и всё такое…

– Успокойся, я пошутила, – Аня мимолётно улыбнулась ему и подошла к комоду, достала заварник и несколько стеклянных банок, наполненных сушёными травами.

– Да я бы с радостью…

– Не нужно, – мягко оборвала Аня. – Это единственное место на свете, где ты можешь скрыться от всего и всех, – в голосе её таилась невысказанная печаль. – Так что, мой тебе совет, поменьше открывай двери кому ни попадя.

– Хм. Гуру то же самое говорит.

На это Аня ничего не сказала. Она насыпала в заварник щепотки разных трав. Чайник на плите забулькал, из носика потянулись струйки пара.

Ньютон с изумлением разглядывал кухню, следил за процессом приготовления чая, и всё это вдруг показалось ему крайне странным и неуместным. Он никак не мог понять, почему, пока не вспомнил, что они находятся в мире снов.

Когда Аня сняла с плиты чайник и залила кипятком травы, Ньютон спросил:

– Слушай, я тут подумал. Ты ведь и сама могла вернуть дверь на место. Или просто создать новую. Но ты этого не сделала. Почему?

– Видишь ли, я не поклонница «магии».

– Но как же ты тогда попадаешь отсюда в коридор дверей?

– Никак не попадаю, мне это ни к чему, – Аня прошагала к столу и села рядом. – Я не люблю скитаться по пустой территории. Всё, что мне нужно, здесь.

Девушка была так близко, что Ньютону показалось, будто он чувствует её запах. Что-то вроде смеси пихты или можжевельника со сладкими нотками лугового зноя и каплей чистого озона. Странный, почти родной и уютный запах из прошлого. Ньютон подумал о детстве, но оно пахло по-другому, совсем неприятно – отчуждением и переездами. Этот же призрачный запах был ему раньше не знаком и знаком одновременно.

– Ньютон, Ньютон, – с нежной и сочувствующей улыбкой произнесла Аня. – Что такое двери в этом мире? Не больше, чем формальность. Так же, как и Коридор Памяти. Как и всё это, – она обвела глазами комнату. – Нашему мозгу легче воспринимать всё привычными образами. Но где гарантии того, что эта дверь вообще существует где-то, кроме фантазий?

– Не говори так, – после короткой паузы произнёс Ньютон, обеспокоенно вылупившись на Аню.