Хочу сны. Игра уравнителей

– Зачем это? – искренне удивился Ньютон.

– Как это зачем? Ты же не был на Кубе? А у меня там – Куба! Райские пляжи, джунгли, какие тебе и не снились! Я всё тебе покажу, а ты мне откроешь своё подсознание! – Хосе снова плюхнулся рядом со старшим товарищем. – Вот здорово будет! Станем, как соседи! Сможем ходить в гости друг к другу и всегда держаться на связи.

Ньютон представил, как маленький чертёнок будет возникать в его комнате – в единственном недосягаемом ни для кого месте, всякий раз, как ему вздумается, и будет доставать своей болтовнёй и шуточками.

Но глаза Хосе горели жаждой дружбы и фанатичной преданностью бездомного щенка.

– Не стоит этого делать, – уклончиво ответил Ньютон, пытаясь изобразить сожаление. – Гуру говорит…

– Ах, ну да, ну да, – почти шёпотом, с абсолютно серьёзным видом проговорил Хосе, не дожидаясь продолжения.

В любых спорах против малыша лучшим аргументом было упоминание о Гуру. Этого было достаточно, чтобы его лицо преобразилось в глубочайшем понимании.

– Маэстро Гуру верно всё говорит! Забудь, что я предложил тебе такую глупость, друг!

Ньютон был рад закончить спор, и всё же его мучала совесть из-за того, что он не сказал малышу правду, как есть. Нечестная победа принесла ему только горечь от очередного осознания собственного малодушия и нежелания потерять единственного человека, который смотрел на него снизу вверх.

* * *

Разгребая горы мусора в своей комнате, Ньютон по прежнему думал об Ане и внезапно обнаружил в завалах нечто, что принадлежало девушке. Вот он – повод!

* * *

Аня спускалась с лесистых холмов к дому, подставляя лицо тёплому дождю и фиолетово-серым тучам. Капли били по полузакрытым векам, лбу, стекали по вискам к шее, скатывались под воротник лёгкой промокшей рубашки. Далеко за макушками гор томилось солнце, окрашивающее домик во ржи в тёплые оранжевые тона. И всё же лило, как из ведра.

Ньютон покачивался на качелях, во дворе, под навесом, который создал сам себе, чтобы не вымокнуть. Увидев промокшую до нитки девушку, он спрыгнул на землю и хотел сотворить зонтик и побежать ей навстречу, но всё же решил не играть в джентльменство, ведь это был её мир и её правила. Если она мокла под дождём, значит, хотела этого.

– Привет! – радостно поздоровался он, когда девушка подошла к дому.

– Здравствуй, самоучка, – с улыбкой ответила Аня тоном Гуру, и, казалось, хотела добавить что-то ещё, но взгляд её остановился на навесе. – Это что ещё такое? – неожиданно она изменилась в лице.

Ньютон обернулся на своё сооружение, затем снова посмотрел на девушку. Она была почти на голову ниже его и вымокшая выглядела совсем беззащитной. Но беспощадное выражение её лица говорило об обратном.

– Навес, – тихо ответил Ньютон.

– Серьёзно? А я думала, твой новый дом, – Аня нахмурилась. – Вижу, что навес, – её приоткрытые от негодования губы на секунду замерли. – Я ведь просила, ничего не менять здесь!