Здесь начинается Африка
- Автор: Путинцева Тамара Александровна
- Год: 1973
- Язык: русский
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Здесь начинается Африка». Краткое содержание книги:
Осквернение, разрушение двери часто считается символом позора. Поэтому бывают случаи, когда двери как бы во спасение чести отправляются странствовать по свету. Так и у этой двери, выставленной в музее, судьба не менее увлекательная, чем у сказочных предметов Ганса Христиана Андерсена. Некогда дверь находилась в портале алжирской мечети Кечава. И поскольку она является редчайшим образцом национального искусства резьбы по дереву, история сохранила (предположительно) имя ее автора — Ахмеда бен Лаблатши, старосты столярной корпорации Аль-Джазаира в XVIII веке. Орнамент ее строился сложным путем сочетания декоративных европейских мотивов с мусульманской куфической каллиграфией, занимающей центр рисунка. Несмотря на турецкое имя резчика, специалисты относят технику его ремесла к берберскому искусству. Затем пришли французы, и, когда в 1842 году мечеть была преобразована в католический собор св. Филиппа, дверь переехала в мечеть Аль-Биччини. Когда же и та стала католической церковью, дверь пришлось скрывать в других местах. И лишь совсем недавно она перенесена сюда, в Купольный зал.
А вот эти находки — архитектурные детали, обломки скульптур, фрагменты керамических панно — говорят об истории целого города — знаменитого Кала’а Бени-Хаммад. Его возникновение (1007 год) было связано с борьбой двух династий — Фатимидов, пытавшихся завоевать в период своего расцвета всю Северную Африку и Переднюю Азию, и Хаммадидов, выступивших против них и из своей новой столицы, Кала’а, подчинивших себе почти всю Берберию вплоть до большого приморского города Беджайя, который они сделали своей второй столицей. Кала’а был расположен в труднодоступной местности на южном склоне Джебель-Маадид и славился красотой своих многочисленных дворцов и мечетей. В 1152 году армия Альмохадов под водительством Абдаллаха сожгла город и уничтожила всех его жителей. Сейчас от него остались едва различимые руины. Но даже тот фрагмент минарета, который подобно единственному зубу торчит меж развалин дворцов, до сих пор привлекает внимание искусствоведов — стройный квадратный минарет, пропорционально расчлененный на три вертикальных яруса, высотой в 25 метров, он, по мнению специалистов, предвосхитил севильскую Хиральду. Раскопки города продолжаются и сейчас, и, возможно, в ближайшее время новые экспонаты пополнят коллекцию музея.
Немало следов своей религии оставили в Алжире первые христиане. В Музее античности широко представлены многочисленные надгробия на могилах святых и погребальные раки с мощами. Обнаружены они при раскопках старинных базилик — чаще всего в цоколях алтарей. Почти на всех саркофагах, стелах, плитах, раках сохранились эпитафии, барельефы. Формы рак отличаются большим многообразием — вазы, кувшины, урны, коробки. Одна из рак воспроизводит в алебастре даже модель дома (размером 12 на 5 сантиметров) с надписью «Hie me(mo)ria(e) s(anc)ti pastoris deposit (a) e sunt in расе» («Здесь покоятся мощи святого пастыря, почившего в мире»). Материалом для рак служили обожженная глина, алебастр, гипс, дерево, иногда серебро, слоновая кость. Некоторые из них стали объектом религиозного культа — им приписывали силу чудесного исцеления.
К сожалению, шедевр погребальных рак — «Capsella argentea» («Серебряная коробка»), обнаруженная при раскопках нумидийского местечка Айн-Сирара, была в свое время подарена кардиналом Лавижери папе Льву XIII и находится сейчас в библиотеке Ватикана. Алжирский Музей античности располагает только копией. На боковых сторонах раки, выполненной в форме шкатулки, изображены овцы, ягненок, олень и лань, которые пьют воду из потоков, спадающих сверху между пальм и базилик, со скалы. Скалой служит овальная крышка раки. Почти всю площадь крышки занимает изображение мученика в тоге, который смиренно держит в руках корону, готовый к жертве. А другая корона — символ победы — висит над ним, поддерживаемая божественной рукой. Слева и справа от мученика в длинных канделябрах ярко горят свечи, олицетворяющие бессмертие.
Не удовлетворяясь почитанием собственных богов, люди древности часто обращались к идолам других народов. Каменные экспонаты перестают быть безгласными, они способны очень красочно рассказать и о смене и взаимодействии различных исторических пластов, и о влиянии на древнюю африканскую религию восточных культов. Посреди первого зала музея рядом с большим мраморным саркофагом стоят три стелы, посвященные Сатурну; они найдены при раскопках Силега, недалеко от римской колонии Куикуль (ныне Джемнла). На одной из стел указана дата — 222 год н. э. По этим стелам, дошедшим до нас в превосходном состоянии, можно проследить, как древнеримская культура вытесняла в начале нашей эры образы берберо-пунические. Композиция стел еще по-восточному геометрична — вертикаль их расчленена на ярусы. Развитие сюжета соответствует древнейшим представлениям: бог, восседающий на льве, мрачные фигуры святых или жрецов в старинных одеяниях, быки, приготовленные для жертвоприношения. И тем не менее бог этот — уже не финикийский Баал-Хаммон, а Сатурн, все надписи сделаны на латинском языке, да и сама техника исполнения барельефов может быть отнесена к более зрелому мастерству римских скульпторов.
Или еще одно любопытное сочетание — сюжетная документальность римских фресок с лаконичной графичностью исполнения, свойственной сирийскому искусству, которое мы наблюдаем на фрагментах живописи Castellum Dimmidi (то есть Форта Диммиды), обнаруженной южнее Джельфы в районе Мессада. На фресках изображены сирийские воины из Пальмиры, к которым в III веке н. э. во время господства Александра Севера обратились римляне за помощью для укрепления своих границ от нападений номадов, приходящих из пустыни. Одна из фресок посвящена пальмирскому божеству Малагбелю, над которым парит маленькая Победа с короной и пальмовой ветвью в руках.
Интересные свидетельства эпохи вандалов представлены в одной из настенных витрин — это манускрипты на дереве, известные в истории под названием «табличек Альбертики» по имени историка Эжена Альбертини, впервые их расшифровавшего. Открыты они в 1928 году в древнеримских руинах близ современного города Тебесса. Почти на каждой из табличек стоят даты, что придает им абсолютную документальность. Здесь есть и брачное свидетельство от 17 сентября 493 года, и договор по продаже раба от 5 июля 404 года, и акт по продаже части поля, засаженного одиннадцатью оливами и одним фиговым деревом, от 8 ноября 404 года, и т. д. — всего до нас дошло 45 табличек из кедра, клена и других пород дерева. Надписи отчетливы, сделаны черной краской.
В Музее античности, собрано несметное количество античных мозаик. Эти живописные создания, основанные на элементарной технике мощения из маленьких разноцветных плиточек глазури, камня или смальты, порою оставляют впечатление не менее яркое, чем картины, написанные на холсте. Эволюция их ясна — сначала это были лишь декоративные элементы, простые геометрические фигуры, затем появились изображения растительности, пейзажей, и, наконец, на все увеличивающемся пространстве «полотен» возникли персонажи известных преданий, религиозные сцены. Имя авторов их скрыто историей навсегда.
Вот пол, выложенный мозаикой «Времена года» (из района Айн-Бабух). Центральное место здесь занимает сложный орнамент, а образы четырех «времен» расположены по углам. На композиции же «Бахус и времена года» (из Ламбеза) в центре образ Бахуса, «времена» — в овалах по углам (сохранилась лишь часть их), а орнамент служит бордюром. Одна из разновидностей мозаик — это надписи с искусным безынтервальным расположением шрифта и с орнаментальным его обрамлением.
Мозаичная живопись способна развернуть перед нами во всю стену и большой мифологический сюжет. Таково «Похищение Европы» из большого мозаичного цикла «Любовь Юпитера». Сюжет его известен. Юпитер увидел однажды на морском берегу Европу, дочь си-донского короля Агенора, и, чтобы следовать за ней, принял облик быка. Приблизившись к ней, он столкнул ее в море и перевез на греческий остров Крит. В центре мозаики, найденной в селении М’Рикеб Тала, в четко выделенном восьмиграннике, изображена живописная фигура Европы на быке, скользящем над рыбами. И художественные достоинства «полотна» могут реально спорить с решением той же темы у таких замечательных художников, как Тициан, Клод Лоррен, В. Серов.