Красные клёны

Сражаясь там, в горах, Кай чувствовал, что его офицеры постоянно стараются быть с ним рядом. Прикрывают его, поддерживают, помогают, но при этом все держались опять строго и строго по уставу. Кай встречался с ними взглядами, но они отводили глаза. Они подчинились ему, его воле, они признали в нём лидера. Но ему от этого было не легче. Он потерял друзей и внутренне страдал от этого.

Йонга он оставил при штабе, замещать его в отсутствие.

Вернувшись с этой операции, уставшие, грязные, но довольные, в штаб, Кай отпустил всех отдыхать, а сам пошёл к себе. Он никогда не запирал дверь в свою квартиру и сейчас забыл, что её нужно было запереть.

Выйдя из душа в джинсах, рубашке навыпуск и полотенцем в руке, которым вытирал ещё мокрые волосы, Кай увидел Йонга.

Он бросил взгляд на дверь – Йонг её запер. Бросил взгляд на оружие, чтобы добраться до него, нужно было прорваться мимо Йонга. Затевать сейчас в комнате бой и начать мериться с Йонгом владением восточными единоборствами было глупо. Его окно было открыто, лишь занавешено легким тюлем. Внизу, под окном, ходили офицеры. Слышимость со второго этажа была прекрасная. Привлечь всех шумом из комнаты, чтобы его увидели лежащим под Йонгом обычные рядовые, такого позора он не хотел.

– Что ты хочешь? – задал Йонгу он глупый вопрос, зная на него ответ.

– Продолжить наши взаимоотношения.

Стоявший с отстранённым лицом в чёрной военной форме, которая ему так шла, Йонг стал надвигаться на него.

– Подожди, – Кай вскинул руку перед собой, – обязательно мне руки выламывать? Тогда очень больно было.

Йонг остановился, подумав, ответил:

– Тогда ты должен лежать и не сопротивляться, ты согласен?

– Согласен, а ты обещаешь мне руки не выкручивать?

Кай понимал, что лучше так, чем борьба с ним и потом вывернутые плечи. Йонг явно не рассчитывал свои силы и действовал одинаково жестко и в постели, и в бою. Да и шуметь он не хотел.

Кай отступил к кровати, затем, стараясь не думать о том, как всё по-идиотски выглядит, лёг на неё.

Йонг моментально оказался рядом и уже навис над его лицом.

– Постой, ещё одно, – он порадовался, что хоть чуть тормозит его своими словами, – ты так странно целуешься. Ты мне больно хочешь делать такими поцелуями?

На лице Йонга появилось удивление, явно об этом с ним никто не говорил.

– Я не понимаю тебя, – наконец сказал Йонг, – ты сейчас специально тянешь время?

– Нет. Ты больно целуешься, у меня потом челюсть болела, ты её чуть не свернул. Я поэтому и спрашиваю, это специально ты так делаешь?

– Нет, – озадаченно ответил Йонг.

– Тогда научись прислушиваться к партнеру – не всегда попытка глотнуть воздух является любовными ужимками, как ты, почему-то, думаешь.

– Я могу тебя поцеловать, – выслушав его, спросил Йонг.

– Да. Только делай передышки, мне тоже дышать нужно.