Электронная книга - «Перерождение в отомэ (СИ)». Краткое содержание книги:
– Хиии, – имя контакта уже пугает. – Кёя?
– Просто скажи, ты подожгла дом? – такой вопрос нельзя задавать столь спокойным тоном.
– Чего? Нет, разумеется! Как ты мог такое подумать?
– Ты прогуляла школу, а потом взрывается и загорается дом твоих подозрительных дружков, – какое неуважительное обращение к Шимон.
– И?
– Напомнить о твоей силе пламени? Или о том, как ты когда-то упомянула, что теперь чувствуешь родство с Роем Мустангом и хочешь что-то поджечь?
– Обойдусь без напоминаний… Слушай, ты всегда запоминаешь чушь, что я несу? Потому что я начинаю волноваться за твое ментальное здоровье.
– Хм, – и гудки. В любом случае Тсуне придется объяснять все Кёе и убеждать не убивать Шимон… и ее тоже.
Утром она видит вернувшегося Реборна, который коротко говорит: «Ноно это не понравилось». Но нынешний босс доверил Тсуне самой разобраться с Шимон, пусть его люди и займутся поиском информации по ним. Саваде, в свою очередь, приходится рассказать о Деймоне, потому что рано или поздно репетитор бы узнал это из случайного разговора. И, ох, еще одно недовольное лицо. Окей, Тсуна заслужила.
***
В течение недели они активно пытались разобраться в произошедшем, найти Деймона или информацию о прошлом, Ноно, по словам Реборна, велел надежным людям разобрать архивы. Каких-либо подвижек не произошло, разве что Шимон вернули небольшую толику доверия к себе, признавая поспешность своего решения о вражде. Но до абсолютного прощения еще не дошло.
– Ты как? – Тсуна прикладывает смоченный в прохладной воде платок ко лбу Хаято.
Парень приоткрывает один глаз и смотрит виновато.
– Я снова вас подвел, Десятая.
– Не драматизируй, это моя прерогатива. Ты всего лишь увидел Бьянки, и результат не удивляет.
Хаято эти слова мало успокаивают. Ему снова стало плохо от вида сестры, разве так должно быть? А если бы Десятая была в опасности в этот момент, а он вырубился?
– Я так виноват, нет мне про…
Савада даже не слушает, уж очень Хаято любил ругать себя за все подряд. Вон в обед он, придя к Тсуне, вызвался сделать чай и добавил две ложки сахара, вместо трех… а потом заявил, что совершил тяжкое преступление, забыв предпочтения Десятой. Это, разумеется, было больше в шутку, как и глупые подколы не в тему от Тсуны, они оба сохраняли свою манеру поведения, потому что привыкли, это было забавно и им нравилось.
Вот только сейчас друг винил себя на полном серьезе.
– Я попытаюсь измениться, босс, – Хаято мягко перехватывает руку девушки, которую та хотела убрать от его лба. Такие тонкие запястья, хрупкие… Он неосознанно гладит выступающие кости. У Гокудеры сжимается сердце, когда он представляет, как эти тонкие ручки будут держать пистолет или использовать пламя во имя защиты семьи. Он должен быть надежнее, чтобы Десятой было легче… чтобы взять хоть часть ее бремени на себя.
Тсуна, слегка прикрыв глаза, солнечно улыбается, ценя старания Хаято. У парня перехватывает дыхание от выражения лица Тсуны.
– Тогда я рассчитываю на тебя, – и Гокудера, смущенный их положением, отпускает руку Савады.
Тсуна отворачивается от друга, лежащего на ее кровати, к слову, вначале он просил оставить его на полу, чтобы прийти в себя, но нельзя же было это позволить? Пришлось уговаривать лечь на мягкое. Ох, стеснялся Хаято просто очаровательно, хехе.
И теперь, отвернувшись, она может видеть Энму. Ему было немного неловко от увиденной милой картины, но деваться некуда, он пришел к Тсуне по ее приглашению, а у Хаято снова была очередь строить из себя рыцаря.
– Прости, что отвлеклись, – она садится на пол и ставит локти на маленький чайный столик, вытащенный из шкафа, чтобы не сидеть на кухне, где их могут услышать. – И спасибо, что зашел.
Хаято что-то проворчал, недовольный нахождением здесь Козато.
– Эм, да нечего меня благодарить, – Энма медленно качает головой.
Тсуна благодарила его даже не за то, что он пришел, это ведь и в его интересах тоже, а за то, что он пришел один. Понятное дело, все это можно обсудить и при других членах Шимон, но он не взял никого, давая понять, что они больше не видят в Вонголе врага. И это просто чудесно. Тсуна после пары дней депрессивного уныния, видя, как Энма дружелюбно настроен к ней, смогла принять тот рассказ о мести ей и Вонголе и простить.
– Надеюсь, ничего не случилось? – Энма немного нервничает, никому тут не хочется новых проблем, и так их навалом.
– А? Нет, просто мне захотелось обсудить кое-что снова, – Энма не догадывается, о чем она. – Я о твоем рассказе о прошлом Джотто и Козарта.
– Ох, да… что-то нашли?
– Мм, неа, – она тяжело вздохнула. – Никаких записей того времени нет.
– Как и мы… а то, что было найдено на месте захоронения непонятно, кем написаны, и неясно, правдивы ли, – Козато скорбно повесил голову, отчего захотелось погладить парнишу по голове. – Тсуна?
Ой, она реально погладила его по волосам. Надо уметь сдерживать свои желания, Тсуна!
– Не унывай! Мы все узнаем, – девушка взлохмачивает чужие волосы, чтобы приободрить, и чувствует сверлящий взгляд в спину. Неужели у Хаято не возникает желания успокоить Энму с его-то победой в номинации «самая печальная моська во Вселенной»?
– А если это правда? – он хоть и краснеет, но голову не убирает и старается продолжать диалог как ни в чем не бывало.
– Поступки наших предков разве говорят что-то о нас самих?
Энма улыбается Саваде, не пытаясь сдержаться, ведь уже привык, что рядом с Тсуной почти всегда становится радостнее.
– Верно.
– А вообще, я хотела сказать, что очень сомневаюсь в этой истории, не потому что Вонгола такая чудесная и никогда не сделает ничего плохо, пфф, нет. А потому что Джотто – это добрый и глупый пирожок.
– Кхах? – парень закашливается, не вовремя отпив воды.
– Да, он босс мафии и не так безобиден, не спорю. Но он слишком ценил своих друзей, я это могу сказать даже после такого короткого знакомства, и на предателя он не тянет.
Козато выпучивает глаза, смотря куда-то за спину девушки.
– Нет, ну пирожком меня еще никто не называл…
– Хии! – подскочив на месте, Савада поворачивает голову и видит Джотто. Вот же мастер неожиданных появлений! Так и до инфаркта недалеко.
– Но лучше, чем дедушка, – улыбка Примо старается казаться дружелюбной, но лукавство видно и невооруженным взглядом.
– Ты как…
– Так похож на Козарта, – Джотто игнорирует выпад Тсуны. – И почему в Десятом Поколении так явно проявляются черты предков? Это имеет научное объяснение?
– Вряд ли, – девушка решает забить на претензии к этому ниндзя-мафиози. – Просто автору произведения лень придумывать новую внешность.
– Что? – недоумевает Джотто.
– Что? – отзеркаливает его реакцию Тсуна.
– Э? – а Энма банально все прослушал, пялясь на призрака.
Хаято поначалу вскочил, когда услышал новый голос, но потом лег обратно, потому что увидел, что это не враг.
– В-вы настоящий? То есть в кольцах Вонголы действительно сохраняется духи предыдущих боссов? Ого, – Энма не знает, как реагировать, последнее время он только и делал, что ненавидел Примо Вонголу, но… это же круто. – О, нет, получается, призраки существуют?
– Мм? – Тсуна теряется от вопроса. – Наверное, д…
Ах, Энма же боится ужастиков, и сейчас как-то взбледнул.
– Нет, конечно, Джотто тут как сгусток пламени воли, а не призрак, – не стоит вспоминать Ромео, абсолютно точно не стоит.
– Х-хорошо, – он осматривает Примо, который… выглядит по-доброму? Как Тсуна прям. Но нельзя судить о мафиози по внешности, так что Козато еще сомневается. От предрассудков всегда сложно избавляться, пусть Энма и очень старается. – Это… можно ли узнать кое-что у вас?
– А! – Тсуна уловила намерения парня. – Удобно ведь, как ты вовремя, Джотто. Хааа, это подозрительно как-то? Все-таки подслушивал?
Мужчина смотрит на двух подростков оценивающим взглядом, а потом благожелательно улыбается Энме.
– Ах, как приятно, когда обращаются так вежливо, на «вы». Давно я такого не слышал.