Электронная книга - «Перерождение в отомэ (СИ)». Краткое содержание книги:
Савада не улыбается, но все равно выглядит мягче, чем до этого. И Энма находит это лишним. Он ведь так ужасно поступил, лучше бы в ее глазах было обвинение.
– До встречи, – в его прощальных словах проскальзывает надежда.
– Конечно, нам еще многое надо обсудить, – Тсуна закрывает дверь, облокачиваясь на нее с другой стороны, и жует губу. Она чересчур нервничает, мысленно прокручивая рассказ Энмы.
Не было никакой школы Шимон, и ребята даже не из Намимори, хотя жили не так уж и далеко, если рассматривать в масштабах страны. Да, такие совпадения были бы странными, даже с неудачей Тсуны. Шимон – небольшая семья, жившая довольно спокойно. Хотя была одна особенность, а именно недоверие к Вонголе, что объяснялось прошлым. Первый босс Шимон, Козарт Шимон, являлся другом Примо Вонголы, помогая Джотто на первых этапах создания его семьи, а уже позже он собрал и свой клан. Дружба двух людей переросла в союз двух семей… Но почему-то спустя столетия история забылась, Шимон стали никем и не понимали почему. Пока недавно, из-за землетрясения не было разрушена могила Козарта в Италии, из-за бедности имущества на родине семьи почти не осталось, но захоронение почиталось даже спустя столько поколений и навещалось. В могиле были найдены кольца и записи других боссов, которые пытались выяснить правду о крахе их семьи. Тайна упадка клана заключалась в том, что Шимон были преданы, их заманили в ловушку, босса и его Хранителей убили, а семью выставили трусами и позором мира мафии. И все это было сделано Джотто. Первая Вонгола решила избавиться от сильнейших семей того времени, чтобы не иметь врагов и наращивать мощь и власть без препятствий.
И узнав это, Энма, единственный потомок Козарта, решил принять его наследие и найти Вонголу. Чтобы отомстить. Месть – понятие широкое, точных планов у них не было, но информацию о новом боссе Вонголы они мимо ушей не пропустили, каким-то образом найдя наследницу. Энма не сказал, что они собирались убить Тсуну или втереться в доверие, просто нашли ее, чтобы потом принять решение. Церемония Наследия пришлась как нельзя кстати, ведь на ней должны были передавать некий «Грех», на который нацелились Шимон. Эту часть девушка слабо поняла, как можно передать грех? Он неосязаем. И как он бы мог помочь? Но это не столь важная деталь в том потоке информации.
– Тсу-чан? – Нана с беспокойством смотрела на дочь, подпирающую входную дверь и прижимавшую руку ко рту в интенсивных попытках что-то обдумать.
– Ма? Ох, – Тсуна отлепилась от косяка и выпрямилась.
Никто из них не был дурой, Нана видела, что дочь прогуливает школу, что с другом у нее вышел тяжелый разговор. Но лезть она не могла. Снова. Какая из нее мать после этого?
Тсуна жалела, что доставляет Нане столько проблем, сказать правду нельзя, врать неправильно, ведь мама смотрит с такой печалью из-за своей невозможности помочь.
– Все в порядке.
– Д-да, – женщина постаралась улыбнуться. Она могла лишь просить Емицу и Реборна обо всем позаботиться и надеяться, что друзья ее ребенка помогут. – Я приготовила обед, так что поешь. А я пойду за Ламбо и И-Пин, у них должны закончиться уроки.
– Ох, я могу….
– Нетушки, хочу погулять, – проходя мимо Тсуны, Нана мягко, с отчетливо ощутимой заботой потрепала ее волосы.
– Спасибо, – слова благодарности были лишними в таком случае, но это «спасибо» было за другое: за понимание, за любовь и веру в такую проблемную дочь.
Девушка смотрела на закрывшуюся дверь и с теплом представила, как Ламбо, придя домой, будет жаловаться на глупых одноклассников, а И-Пин либо с восторгом расскажет о том, что нового узнала, либо донесет о проделках мальчика. Они пошли в первый класс, для них было много нового и, наконец-то, нормальная жизнь. И-Пин уже семь с половиной, Ламбо семь будет в конце мая, поэтому их решили отправить учиться вместе. Фуута был рад, потому что теперь не только он сменил домашнее обучение на школу. В принципе ему там нравилось, новые люди, никакой мафии и продажи рейтингов, но учеба иногда доставала, поэтому Фуута, наверное заразившись садизмом от Реборна, довольствовался жалобами Бовино о домашке и учителях.
Мечтательная улыбка Тсуны растаяла, стоило ей перестать думать о детях – членах ее любимой семьи, и вернуться к мыслям о Шимон. Надо было больше порасспрашивать Энму. Из-за ошарашенности и небольшого испуга она не задала уточняющих вопросов, переваривая полученные данные. Черт, даже про Деймона не спросила! Хотя Энма бы упомянул, что на их стороне призрак Хранителя того, кто предал Козарта, наверное.
Тсуна мотнула головой, у нее будет время все узнать, сейчас хотелось бы обсудить все с Реборном…
Который куда-то свалил. Хаааа. Тсуна понимала, что тот пошел что-то узнавать или решать новоявленную проблему, но мог бы предупредить! Так что делать ей было нечего, благо, Хаято появился быстрее, чем она рассчитывала, не пришлось мучиться от непрекращающихся неприятных мыслей.
Гокудера сто раз переспросил, точно ли все хорошо, и получил ответы как под копирку. Вскоре пришел Такеши. Если Хаято не пошел в школу из-за того, что не нашел Тсуну дома, то Такеши на уроках появился. Хах, ненадолго. Надо что-то делать с их ужасным посещением… Но не сейчас. Савада слишком счастлива, что рядом с ней кто-то есть.
– Десятая, осторожней! – в отсутствии Наны подростки сами разогревали и накладывали еду, и Тсуна, все еще витавшая где-то в облаках, была невнимательна, оттого и чуть не уронила тарелку, а до этого три раза врезалась в один и тот же стул, не двигающийся с места. Гокудере пришлось ловить и босса, и тарелку. – Что-то случилось?
– Ууммм, неа.
Хаято смотрел с тревогой, а вот Такеши недовольно хмурил брови.
– Хаха, знаете, бывают у девушек такие дни, – парни от неожиданности забыли о беспокойстве и замерли. – Когда грустно. Просто грустно. А вы о чем подумали?
Смех девушки позволяет ребятам немного расслабиться.
Позже возвращается Нана вместе с мелкими, отчего становится шумнее и не так спокойно, но даже Хаято в этот раз не злился на Ламбо, так что все наслаждаются веселой атмосферой, царящей в гостиной. Еще чуть позже прибывает Рёхей. Киоко ему написала о том, что Тсуны и Хаято не было, а на обеденном перерыве пропал и Такеши, в общем, братец не мог не прознать. То, что Киоко и Хана не пришли сами, было мило. Вероятно, они догадались, что что-то снова не так, и не вмешивались. Савада не знала, чем заслужила таких понимающих подруг и маму. Они боялись и беспокоились, но находили в себе терпение. Кто-то бы мог сказать, что друзья всегда придут и помогут, но в данном случае все наоборот. Сложнее ждать, когда Тсуна решится им довериться, чем лезть в попытках понять ситуацию.
Рёхей определенно заметил, что с настроением Тсуны непорядок, и пытался тактично узнать, что случилось. Ну как тактично. В своем стиле.
– Какая еда тебе нравится? – Сасагава устроил ей интервью.
– Все сладкое!
– А цвет?
– Хмм, мне нравится оранжевый, – цвет пламени почему-то привлекал, хотя оранжевые оттенки ей нравились еще до всей кутерьмы с мафией. – Но сейчас у меня настроение, чтобы сказать «черный», как моя душа.
– Любимое животное?
– Львы… и акулы? Пингвины тоже классные. А вообще люблю всех зверюшек.
– Что сегодня случилось? – а вот и вопрос, который она не должна была заметить и ответить честно.
– Я не успела на распродажу шоколада, – тихим серьезным тоном начала Савада. – А потом, на пути к дому, я поскользнулась на банановой кожуре и упала в мусорный бак, – Рёхей пару раз кивнул. – И тут мимо меня проходит парень из Дисциплинарного Комитета, а я ему и говорю, что я енот и роюсь в мусоре, потому что мне нельзя было упасть в грязь лицом.
– Думаю, ты как-то не так понимаешь смысл фразы «ударить в грязь лицом», – после тяжелого вздоха произносит Такеши.
– Десятая была бы милым енотом.
– Звучит неубедительно, Хаято.
– Аааа, – простонал Рёхей с отчаянием, поняв, что не добьется правды.
Тсуна кротко улыбается, чувствуя радость, именно это ей и было нужно в такой нелегкий день. День, который, к ее сожалению, не мог закончиться нормально.