Непобедимый. Жизнь и сражения Александра Суворова
- Автор: Кипнис Борис Г.
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Питер
- ISBN: 978-5-4461-1284-5
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Непобедимый. Жизнь и сражения Александра Суворова». Краткое содержание книги:
Причудливой волею Фортуны судьба нашего героя сопрягалась со злосчастным Петром III. Кажется, что не было еще в истории российской государя, который бы делал все так необдуманно, а зачастую просто глупо, что все его поступки обращались бы против него. Поведение его чаще всего было недостойно царского сана. Вот что вспоминал о нем Болотов, видевший его часто в роковую весну 1762 г.; по долгу службы постоянно посещал он императорский двор и отчаянно скучал в ожидании принципала, генерал-полицмейстера барона Корфа:
«…имели только ту отраду и удовольствие, что могли всегда в растворенные двери слышать, что государь ни говорил с другими, а иногда и самого его и все деяния видеть. Но сие удовольствие было для нас удовольствием только сначала, а впоследствии времени скоро дошло до того, что мы желали уже, чтобы разговоры до нашего слуха и не достигали; ибо редко стали уже мы заставать государя трезвым и в полном уме и разуме, а всего чаще уже до обеда несколько бутылок аглинского пива, до которого был он превеликий охотник, уже опорознившим, то сие и бывало причиною, что он говаривал такой вздор и такие нескладицы, что при слушании оных обливалось даже сердце кровью от стыда перед иностранными министрами, видящими и слышащими то…» [149]
Однако даже не личное поведение императора вскоре стало вызывать всеобщее нарекание, а его внешняя политика:
«…около сего времени ропот на государя и негодование ко всем деяниям и поступкам его, которые чем далее, тем становились хуже, не только во всех знатных с часу на час увеличивалось, но начинало делаться уже почти и всенародным, и все, будучи крайне недовольными заключенным с пруссаками перемирием и жалея об ожидаемом потерянии Пруссии, также крайне негодуя на беспредельную приверженность государя к королю прусскому, на ненависть и презрение его к закону <…> а паче всего на оказываемое отчасу более презрение ко всем русским и даваемое преимущество перед ними всем иностранцам, а особливо голштинцам, – отважились публично и без всякого опасения говорить, и судить, и рядить все дела и поступки государевы»[150].
Можно представить, как были удивлены и оскорблены многие из присутствовавших 10 мая 1762 г. на торжественном обеде во дворце по случаю заключения мира с Пруссией:
«…государь, опорожнив, может быть, во время стола излишнюю рюмку вина и в энтузиазме своем к королю прусскому дошел даже до такого забвения самого себе, что публично, при всем великом множестве придворных и других знатных особ и при всех иностранных министрах, стал перед портретом короля прусского на колени и, воздавая оному непомерное уже почтение, назвал его своим государем; происшествие, покрывшее всех присутствующих при том стыдом неизъяснимым… молва о том на другой же день разнеслась по всему Петербургу и произвела в сердцах всех россиян и во всем народе крайне неприятное впечатление»[151].
Сам Болотов в тот день уклонился от дежурства во дворце, но зато с тысячами других петербуржцев увидел фейерверк, посвященный заключению мира. Его картина говорила сама за себя:
«Был он огромный и стоющий много тысяч. Главнейшие его фитильные щиты воздвигнуты были на берег Васильевского острова, против дворца и окон самой той залы, где отправлялось тогда торжество. Впереди, против сих щитов, поделаны были другие движущиеся колоссальные фигуры, изображающие Пруссию и Россию, которые, будучи сдвигаемы по склизам и загоревшись, сходились издалека вместе и, схватившись над жертвенником руками, означали примирение. Не успело сего произойти, как произросло вдруг на сем месте пальмовое[152] дерево, горевшее наипрекраснейшим зеленым и таким огнем, какого я никогда до этого не видывал. А вслед за сим выросли тут же и многие другие такие же деревья и составили власно как амфитеатр кругом сего места»[153].
Конечно, Петр III мог себя тешить подобными аллегориями, но по Петербургу вследствие его поведения, заключения совершенно невыгодного мира с Фридрихом II и решения примкнуть к нему против недавних союзников наших, а также намерения объявить войну Дании, давнему союзнику России, из-за совершенно чуждой нам Голштинии, – из-за этого всего:
«…все еще сносный и сокровенный народный ропот увеличился тогда вдруг скорыми шагами и дошел до того, что сделался почти совершенно явным и публичным. Все не шептали уже, а говорили о том, въявь и ничего не опасаясь, и выводили из всего вышеописанного такие следствия, которые всякого устрашить и в крайнее сумнение о благоденствии всего государства повергать в состояние были»[154].
149
Болотов А. Г. Указ. соч. Т. 2. С. 118.
150
Болотов А. Г. Указ. соч. Т. 2. С. 123–124.
151
Там же. С. 140–141.
152
Пальма – символ мира.
153
Болотов А. Г. Указ. соч. Т. 2. С. 141–142.
154
Болотов А. Г. Указ. соч. Т. 2. С. 147.