Дочь костяных осколков [litres][The Bone Shard Daughter]

В тумане что-то двигалось. Сначала я подумал, что это волны или просто клубы тумана, но потом увидел синее пятно. Синий парус. Я моргнул, и парус исчез. В тот момент даже песчаный берег не казался надежной опорой, и как я мог быть уверен, что парус мне не привиделся? Я уже начал по ней тосковать, мое сердце знало то, чего не понимал рассудок.

А через пять лет я увидел эту лодку во второй раз.

Пять потерянных лет. Я расплачивался за свою лодку. Мне требовалась большая лодка, больше отцовской рыбачьей, такая, чтобы плавать с одного острова на другой и не опрокинуться в первый же шторм. Иоф Карн были единственными, с кем я мог расплачиваться, работая на них. У меня не осталось выбора.

В годовщину смерти моего брата Оню я остановился на островке к востоку от Императорского и на отвесном утесе сжег в память о нем веточку дымчатого можжевельника. День был солнечный, небо ясное. Там я и увидел ее во второй раз. Черная лодка под синими парусами. И одинокая фигура на корме.

А теперь я стоял на носу своего суденышка, смотрел на черную лодку с синими парусами и представлял, как прыгну на ее борт и схвачу человека в плаще. Как стану трясти его. Стану спрашивать, что они сделали с моей Эмалой, куда они ее дели и где она была все эти годы. Я все еще чувствовал тяжесть ее головы на своем плече, видел ямочки у нее на щеках, когда она улыбается, чувствовал ее теплую руку в своей. Она всегда меня понимала, даже когда я не мог найти нужных слов. Но все воспоминания, как бы отчаянно я за них ни цеплялся, постепенно тускнели и растворялись, как соль в морской воде. Я горевал по Эмале, и хуже всего было не то, что я начинал понимать, что она, скорее всего, умерла, а осознание того, что новый опыт и новые воспоминания постепенно будут наслаиваться друг на друга и расстояние между нами будет только увеличиваться.

То, как мы рыбачили на берегу, как я в первый раз ее поцеловал, как мы вместе мечтали. Теперь я превратился в хранителя воспоминаний, и это было истинным одиночеством. Мне о стольком хотелось ей рассказать, я стольким не успел с ней поделиться.

Человек на корме повернулся в мою сторону. На секунду мне показалось, что он встретился со мной взглядом. А потом он подошел к парусам, и в следующее мгновение я заметил легкий белый дымок. Дым от горящего умного камня.

Одним резким движением я сложил подзорную трубу. Умных камней у меня не осталось, но моя лодка была быстрой. У меня еще сохранялся шанс, все зависело от того, сколько на той лодке умных камней. У меня хватило воображения, чтобы представить, как я беру на абордаж черную лодку, но, когда я окинул взглядом свою лодку, до меня внезапно дошло, что для воплощения своих фантазий у меня нет никакого оружия. Даже единственный гарпун еще в гавани улетел за борт вместе с Филин. Да еще тело постоянно напоминало, что я не в лучшей форме для таких авантюр.