Дочь костяных осколков [litres][The Bone Shard Daughter]

Родители переглянулись. Лицо у мамы было измученное, она взглядом умоляла отца объяснить все сыну. Если бы у меня было чуть побольше мозгов, до меня бы дошло, что я упускаю их главную мысль.

– Йовис, – сказал отец, – мы хотим напомнить тебе, что ты и пойер, и империанец. И что бы они там ни говорили, это не сделает тебя хуже или ниже их.

Я кивнул и поблагодарил родителей, хотя так ничего и не понял. Я ведь прошел вступительные испытания, что еще надо? Но когда я прибыл в Академию, наставники сразу указали мне на мое место зачатого в распутстве полукровки. Первым, что я усвоил в Академии, было то, что моя жизнь императорского мореплавателя будет очень и очень одинокой.

Я сидел у румпеля и разглядывал своего нового компаньона. Похоже, он всеми силами хотел меня убедить в том, что одиночество мне больше не грозит. Может, я сумел бы уклониться от летящего мне в глаз ножа Филин. А может, нет. Получалось, что я спас Мэфи из воды, а он спас меня от малоприятной и некрасивой смерти.

– Так кто же ты такой? – спросил я.

Но Мэфи просто сидел на задних лапах и чесал передней возле маленького уха. Он морщился, словно искал какое-то определенное место у себя на голове. Мэфи действительно был очень похож на морскую выдру, только пальцы у него были подлиннее, уши не круглые, а треугольные, и мордочка скорее заостренная, чем притупленная, из-за чего я сначала и принял его за котенка. И по размерам он был как котенок, но туловище было длиннее, поэтому он мог легко дотянуться мне до коленей.

Понаблюдав какое-то время за стараниями Мэфи, я вздохнул и протянул руку, чтобы помочь чесаться. Он, обрадовавшись, подался ко мне навстречу. Шерсть у него была грубая, а вот подшерсток нежный, как пух.

Я потер его по голове большим пальцем и сразу нащупал возле каждого уха по небольшому твердому бугорку. Рога прорезаются? Мне трудно было представить морское существо с шерстью и рогами одновременно.

– Полагаю, ты не станешь рассказывать мне, кто ты и что ты? – спросил я и почувствовал себя идиотом.

Мэфи только приоткрыл рот и заурчал от удовольствия. Он говорил со мной до этого или я все это нафантазировал? Я был перевозбужден, меня избили, я еле сбежал, а потом еще раз чудом спасся. Да, я частенько врал другим и порой самому себе, но мне не верилось, что наши разговоры с Мэфи были игрой моего воображения.

– Есть такие птицы – попугаи, – сказал я. – Они обитают на нескольких островах. Некоторые люди держат их у себя как домашних питомцев, так вот, они умеют говорить, как люди.

Когда я перестал гладить Мэфи, он постучал лапой по моему колену, я сдался и почесал его щеку.

– Это ты делаешь? Просто повторяешь то, что слышишь?

Мэфи присел и, прежде чем я успел что-то предпринять, запрыгнул ко мне на колени и улегся, как будто это было его законным местом. Я не двигался и, опасаясь, что он может меня цапнуть, даже дыхание затаил. Мэфи ничего такого делать не стал, и я погладил его по теплой спинке. Он с урчанием вздохнул и положил голову между лап.

Однажды дома я нырял на дно небольшой бухты среди скал, просто чтобы проверить, сколько смогу продержаться без воздуха. И вот, когда казалось, что легкие вот-вот разорвутся, и даже брат начал от беспокойства стучать ладонью по воде, я оттолкнулся от дна и быстро поплыл к поверхности. И сейчас я испытывал что-то подобное – мое сердце словно расправилось, как парус, и устремилось в какие-то прекрасные края.