![Парижские мальчики в сталинской Москве [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/9/1/4/9/parizhskie-malchiki-v-stalinskoj-moskve-litres-download.jpg)
Парижские мальчики в сталинской Москве [litres]
- Автор: Беляков Сергей Станиславович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: АСТ
- ISBN: 978-5-17-132830-6
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Парижские мальчики в сталинской Москве [litres]». Краткое содержание книги:
Сын Марины Цветаевой Георгий Эфрон, более известный под домашним именем «Мур», родился в Чехии, вырос во Франции, но считал себя русским. Однако в предвоенной Москве одноклассники, приятели, девушки видели в нем – иностранца, парижского мальчика. «Парижским мальчиком» был и друг Мура, Дмитрий Сеземан, в это же время приехавший с родителями в Москву. Жизнь друзей в СССР кажется чередой несчастий: аресты и гибель близких, бездомье, эвакуация, голод, фронт, где один из них будет ранен, а другой погибнет… Но в их московской жизни были и счастливые дни.
Сталинская Москва – сияющая витрина Советского Союза. По новым широким улицам мчатся «линкольны», «паккарды» и ЗИСы, в Елисеевском продают деликатесы: от черной икры и крабов до рокфора… Эйзенштейн ставит «Валькирию» в Большом театре, в Камерном идёт «Мадам Бовари» Таирова, для москвичей играют джазмены Эдди Рознера, Александра Цфасмана и Леонида Утесова, а учителя танцев зарабатывают больше инженеров и врачей… Странный, жестокий, но яркий мир, где утром шли в приемную НКВД с передачей для арестованных родных, а вечером сидели в ресторане «Националь» или слушали Святослава Рихтера в Зале Чайковского.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет.
Снесли Сухареву башню – преступление, которое академик Жолтовский сравнил с уничтожением картины Рафаэля. Не пощадили и Красные ворота – не помогло даже заступничество великого Щусева. На месте уничтоженного храма Христа Спасителя вырыли котлован под будущее главное здание всемирного Советского Союза – Дворец Советов. Возвели фундамент. Для его строительства разработали новую особо прочную марку стали – ДС (Дворец Советов). Сталь этой марки использовали при строительстве великолепного Крымского моста, “самого металлического”[26] моста Европы. Металлоконструкции изготовили в Краматорске на Донбассе. Перед войной Крымский мост был не только автомобильным и пешеходным: в центре его проложили две линии трамвайных путей. На мой взгляд, и сейчас нет в Москве моста красивее, а тогда он был еще и уникальным – первый висячий мост через Москва-реку, украшенный, между прочим, даже каслинским чугунным литьем.
Конструктивизм уходил в прошлое. Самый современный стиль быстро устарел, став, как и футуризм в литературе, почти музейным. Торжествовала русская версия ар-деко, и уже начинался сталинский ампир. Когда в 1932-м по проекту Ивана Жолтовского на Моховой поставили роскошное здание с колоннадой, конструктивисты издевались: дом этот походит на павловского гренадера в кирасе, который вышел прогуляться по современной Москве. А в конце тридцатых целые бригады поточным методом возводили на улице Горького всё новые и новые дома в духе сталинского ампира. Расширяли улицы, заменяли долговечную, но неровную булыжную мостовую гладкой асфальтовой.
Песенку последнего московского извозчика[27] Леонид Утёсов споет только в 1942-м. Она не осуждает реконструкцию Москвы, но слышится в ней и явное сожаление, ностальгия по булыжным мостовым, по запряженным лошадьми пролеткам, по совсем не проклятому прошлому.
Жертвами реконструкции стали не только храмы и старинные здания, но и деревья. Чтобы расширить Моховую, вырубили большую часть сквера перед Пашковым домом. Рубили деревья по всему центру Москвы. “В предсмертной тоске, шумя ветвями и листвой, падали под пилами и топорами вековые дубы, могучие вязы, ясени, дивные клены, уничтожались сирени, жасмины, ракиты. На пустырях возникали строительные площадки”, – так описывает Юрий Нагибин вырубку деревьев в Сверчковом переулке, близ Покровки. Но Бульварное кольцо все-таки меньше пострадало от вырубок, а вот старое Садовое лишилось своих садов: безжалостно вырубили столетние липы, чтобы расширить проезжую часть. Не пощадили и Новинский бульвар[28]. Срыли “старый круглый сквер-пятачок” на площади Маяковского (Триумфальной). Так в Москве появились Садовые улицы без садов, бульвары – без деревьев.
Вот две фотографии в газете “Вечерняя Москва” за 3 октября 1937 года.
Старая Садовая: малоэтажные здания по обеим сторонам дороги едва заметны, они просто утонули в буйно разросшейся зелени. По мостовой мчатся пролетки, запряженные одной-двумя лошадьми. А в самом центре – две линии трамвайных путей.
Новая Садовая: ни деревца, ни кустика, ни травинки зеленой нет. Трамвайные пути тоже исчезли. По широченной магистрали едут машины, автобусы и троллейбусы. Дома в восемь-девять этажей сфотографированы так, что кажутся небоскребами.
“Великая Москва, сердце великой страны! Как я счастлива, что я здесь! И как великолепно сознание, что столько пройдено и что всё – впереди!”188189 – писала восторженная Ариадна Эфрон, всего четыре месяца назад приехавшая из Парижа. Москвичка Эмма Герштейн смотрела на происходящее совсем иначе. Ей перемены не нравились: “Знаменитые круглые площади превратились в бесформенные пространства. Сами собой исчезли клумбы в их центре”.190
Цветаеву эта новая Москва – без кустов, без деревьев, но с многочисленными автомобилями, – просто пугала. По свидетельству ее биографа Марии Белкиной, Марина Ивановна не выносила “серую асфальтовую пустошь” площади Восстания (Кудринской): “Когда она должна была прийти к нам одна, без Мура, мы обычно встречали ее на углу Поварской или Герцена <…>. И когда мы переводили ее через площадь, она судорожно цеплялась за руку, то пускаясь чуть ли не бегом, то вдруг в самом неподходящем месте останавливаясь как вкопанная. Ей казалось, что все машины несутся именно на нее”.191 А ведь Цветаева приехала в Москву не из глухой деревеньки, а из Парижа, одного из крупнейших мегаполисов Европы.
26
Крымский мост имеет самый высокий удельный вес металла – около одной тонны на квадратный метр поверхности.
27
Музыка известного советского композитора Никиты Богословского, слова Ярослава Родионова, артиста ансамбля песни и пляски Северного флота.
28
Только восемьдесят лет спустя, на излете второго десятилетия XXI века, московские власти вновь высадят на Новинском бульваре липы, клены, яблони.