Электронная книга - «Терри Гиллиам: Интервью: Беседы с Йеном Кристи». Краткое содержание книги:
Когда я теперь оглядываюсь назад, мне трудно понять, как нам удалось уложиться в сроки и бюджет, но лучше мы все равно не умели и старались как могли. Мы с Терри разошлись во мнениях, уже когда добрались до монтажной. Помните последнюю сцену с Черным Рыцарем? Мы с Грэмом сидим в лесу, то есть за нами — чернота. Дальше идет переход на Черного Рыцаря, за ним светло; потом снова идут кадры со мной и с Грэмом на фоне черноты. Терри настаивал, что выглядит все это так, как будто речь идет о двух совершенно разных местах, и требовал переснять эту сцену. Меня это все достало, я просто встал и ушел — без меня они все равно ничего переснять не могли. Терри человек очень настойчивый — ругаться он любит еще больше, чем я; иногда мне приходилось сдаваться, потому что бороться смысла не имело. Потом я возвращался в студию поздно вечером и перемонтировал все, что было сделано за день, — и он ни разу этого не заметил. Порой доходило до идиотизма, но в конце концов мы оба были довольны, и все получилось.
Уже тогда поражало, а сейчас удивляет еще больше, насколько серьезным средневековым фильмом был «Монти Пайтон и Священный Грааль», при всей пародийности его подачи. Даже Лесли Хэллиуэлл[134] не смог удержаться, чтобы не похвалить этот фильм за «удивительно осмысленную визуализацию Средневековья».
Мы восхищались картинами Боровчика «Гото» и «Бланш», мы любили Пазолини, так что к делу мы подходили с той же серьезностью, что и наши любимые режиссеры. Мы снимали комедию, но при этом не хотели, чтобы она воспринималась как легкий развлекательный жанр. Не припомню, чтобы до нас много режиссеров-комедийщиков с той же серьезностью относились к ощущению места, — даже фильмы Мела Брукса в этом отношении скорее напоминают пастиш. А мне было важно сделать декорации максимально правдоподобными, чтобы мы на их фоне смотрелись как можно более ошеломляюще. Мы все были энтузиастами кино, нам хотелось снять эпос — только у нас не было денег, чтобы снять его должным образом. Но, думаю, ограничения только улучшили фильм, потому что, если бы у нас были деньги на настоящих лошадей, нам бы не пришлось придумывать трюк с кокосовыми скорлупками, а весь смех именно в нем[135]. Бедность спасла нас от посредственности, к которой мы стремились!
От эпоса в духе Сэмюэла Бронстона[136] — типа «Эль Сида» или «Падения Римской империи», хотя и в этих фильмах можно много чего найти.
Мы действительно хотели, чтобы наш фильм выглядел так же богато, но держали в голове еще и бергмановскую «Седьмую печать»[137], и «Трон в крови» Куросавы. В то время эти фильмы были частью общей культуры, которая сама по себе была куда более интересной, чем общая культура таких фильмов, как «Терминатор» и «Миссия невыполнима», и мы по отношению к тогдашней культуре испытывали огромный энтузиазм. Мы все хотели быть серьезными режиссерами. На деле «Монти Пайтон и Священный Грааль» — набор скетчей. Одни сделаны в более реалистичной манере, другие выглядят абсолютно нереалистично, но собственно этим они мне и нравились: это была эклектичная смесь, но, поскольку правила игры все время менялись, она сохраняла некоторую свежесть. Для меня речь шла в первую очередь о текстурах — грязи и дерьме, которых до того не было ни в одной комедии. Лучшие шутки получились именно об этом. «С чего ты взял, что он король?» — «На нем говна меньше». Такие вещи без должного антуража не поставить. Мне казалось, что шутки будут тем смешнее, чем жестче и реалистичнее будет картинка. Но в любом случае времени на теоретизирование у нас не было: мы сразу впряглись, и какие-то вещи приходилось понимать уже в процессе.
В кино чем тщательнее планируешь, тем больше вероятность, что абсолютно все пойдет наперекосяк. На «Священном Граале» за две недели до начала съемок Национальное общество по охране памятников отняло у нас все замки, которые мы выбрали. Аргументация была такая, что они опасаются неуважительного с нашей стороны отношения к историческим сооружениям. В этих зданиях производились самые страшные пытки, совершались самые ужасные преступления — и теперь они должны были развалиться только от одного присутствия актеров-комедиантов. В итоге мы в один день лишились всех замков, нужно было делать декорации. Вдобавок ко всему наш основной замок в Дуне — единственный настоящий замок, который мы могли снимать, — принадлежал частному лицу, и мы узнали об этом в самый последний момент. Пришлось разбираться с этим прямо на месте. Съемочная группа в полном составе приехала утром, и нам пришлось ждать, когда сын владельца замка прибудет с ключами на частном самолете, чтобы пустить нас внутрь.
134
Лесли Хэллиуэлл (1929–1989) — британский историк кино, законодатель киномоды, многие годы занимался отбором фильмов для британских телеканалов.
135
В «конных» сценах рыцари короля Артура изображают езду на коне средствами пантомимы, в то время как их оруженосцы имитируют звук копыт, клацая кокосовыми скорлупками.
136
Сэмюэл Бронстон (1908–1994) — кинопродюсер, специализировавшийся на постановках эпических драм. Первым придумал снимать эпические фильмы в Испании для снижения производственной стоимости и выстроил гигантские киностудии в предместье Мадрида.
137
Средневековый фильм-моралите Ингмара Бергмана «Седьмая печать» (1956, Швеция).